Дозор навсегда. Лучшая фантастика 2018

Юмор у нас, правда, черноват, но это естественно, так что оптимистам к нам лучше не подсаживаться. Очень уж они хвалить себя любят, а за нашим столиком этот номер не пройдёт.

Происходит всё примерно так.

– Знаешь, что я в себе главное ценю? – грозно вопрошает третий лишний. – То, что я – честный человек!

Не люблю пьяных склок, поэтому сижу молчу. Но Толика-то не удержишь! Производит свой хриплый вдох, радостно вытаращивает успевшие поголубеть глаза:

– Ты – честный? Да честные все удавились давно!

Дальше, понятное дело, обида, выяснение отношений, опасная жестикуляция.

"– Возвращался ночью. Подкрались сзади – и тресь по балде! В отместку, понял? Кожу на затылке рассекли… Хорошо, дома специалист: жена – гинеколог! Зашила…

Слава богу, никто к нам сегодня не подсаживается.

Странные дела творятся в нашей камере смертников: оптимисты – обидчивы, а пессимистам всё по барабану. По-моему, мы с Толиком ещё ни разу не поссорились.

Не помню где, но прочёл я однажды, что, когда ребёнку снятся кошмары, надо попросить малыша нарисовать ночное чудище, а потом добавить ему рожки, очки, усики… И страшное становится смешным. Нормальные граждане обычно поступают так с портретами политических лидеров. А мы вот – со всем мирозданием сразу.

Нельзя ни к чему всерьёз относиться. А иначе будет как с Димкой.

– Димку помнишь?

Хриплое «ы-ы!..» на этот раз звучит возмущённо:

– Это который у меня на даче фидер украл?

– Ну да…

– Так он же повесился!

– Да знаю… Слушай, а он у тебя не выпытывал, зачем живём?

– Ещё как!

– И что ты ему ответил?

– Говорю: сегодня у меня выходной, а завтра приходи в морг – покажу…

Беседуем в том же духе до вечера. Вполне удовлетворённые общением, встаём и нетвёрдой поступью следуем к дверям, понятия не имея о том, что нас ждёт утром. Уходя, прихватываю огрызок сардельки – для собачки, похожей на Шопенгауэра, но той уже нет.

* * *Проснулся я вовсе не от пистолетного выстрела – выстрел прозвучал позже. А проснулся я от страха. Остаток жизни представился таким крохотным, что его даже не на что было потратить. Ясная, беспощадная, словно вслух произнесённая мысль: вот и кончилось краткое твоё бессмертие… Словно вошли в одиночку, тронули тебя спящего за плечо и равнодушно сказали: «Вставай. Пора. Там уже ждут».