Дорожный снайпер

Но имейте в виду, Лев Иванович, что мы уже провели внутреннее расследование и закрыли дело.

– Рад за вас.

– Ленька, конечно, накосячил. Спорить не стану. И оправдывать его тоже. Хотя… При расследовании мы учитывали два крайне важных фактора, и мне хотелось бы, чтобы вы тоже их учли… Во-первых, это первый и единственный серьезный просчет за всю Ленькину карьеру, а во-вторых, когда это случилось, у нас тут был самый настоящий аврал. В прямом смысле этого слова. Ленька буквально зашивался. Без сна и отдыха… Впрочем, как и все хирургическое отделение.

Такого лет десять, наверное, не случалось. Если не больше…

– Давайте ближе к делу, – попросил Гуров.

– Мальчика доставили к нам с тяжелейшей формой пиелонефрита. – Кривоногов отвел глаза в сторону и теперь излагал историю, глядя не на сыщика, а за окно своего кабинета. – Требовалось немедленное удаление правой почки. Здесь не могло быть двух мнений, и Штурм принял единственно верное решение. Ошибка заключалась в другом. Перед подобными операциями мы проводим тщательную диагностику, а здесь… Здесь ее провели поверхностно.

Частично из-за того, что все необходимо было делать как можно быстрее, а частично… Как я уже и говорил, Ленька работал буквально на разрыв аорты. Накопившаяся усталость, бессонница… В сечении сошлось много факторов… В общем, он недосмотрел. Его вина. Однозначно его… У пациента был врожденный порок сердца, а мы, не зная об этом, переборщили с анестезией. Сердце не выдержало нагрузки. Мальчик умер.

– Сколько ему было лет?

– Полных десять.

– Имя, фамилия, адрес имеются?

– Да, конечно. – Кривоногов опять вздохнул, вспомнил о своем настое шиповника и сделал весьма внушительный глоток из кружки. Затем придвинул к себе ноутбук. – Все здесь, в базе данных. Сейчас найду.

– Кто из родственников подписал разрешение на операцию? – спросил Гуров, извлекая блокнот из нагрудного кармана рубашки.

– Оба родителя.

– Кто говорил с ними после смерти ребенка?

– Ленька и говорил. – Николай Феликсович откашлялся.

 – Я тоже подошел чуть позже, сказал какие-то слова утешения… Хотя какие тут можно подобрать слова? Нет ничего ужаснее, когда родители теряют ребенка. Мы, врачи, кстати, не такие уж черствые, как о нас думают… Просто такая работа… Хотя вам, наверное, это тоже знакомо.

Пальцы Кривоногова запорхали над клавиатурой. Светящийся экран монитора дополнительно подчеркивал красноту кончика носа. Очки главврача сдвинулись вниз по переносице.