Дорожный снайпер

Глаза невольно скосились на длинные стройные ноги секретарши, обутые в босоножки на высокой платформе. Гуров заметил это и изумленно вскинул правую бровь. За время многолетнего сотрудничества он ни разу не видел, чтобы его непосредственный начальник так явно проявлял заинтересованность к женским ногам. Если, конечно, речь не заходила о законной супруге Петра Николаевича. К своей бывшей секретарше Орлов и вовсе относился как к безликой тени.

– Ваш кофе. – Светлана, занявшая вакантную должность два месяца назад, аккуратно сняла чашку с подноса и поставила ее перед генералом.

– Да… – Орлов прочистил горло. – После обеда меня не будет, Светочка. Отмените все мои встречи. И напомните мне, что в два часа я должен ехать в министерство.

– Хорошо.

Девушка двинулась обратно по направлению к двери, и генерал вновь обласкал взглядом ее ноги. Машинально потянулся пальцами за новой таблеткой в пластиковый контейнер, но в последний момент передумал.

– Вы в порядке? – поинтересовался Лев.

– Чего? – У Орлова был такой вид, будто он только что заметил присутствие постороннего в своем кабинете. – Да… В порядке… Хотя знаешь, Лева… Эта моя новая секретарша… Ты видел? Она не ходит. Она пишет. Плывет. Как эта… Как лебедь. Вот молодец! – прищелкнул он языком. – Правда, в моем возрасте это дополнительная нагрузка на сердце. Я прям чувствую, как его сдавливает всякий раз, когда она входит. Так и до инфаркта доработаться можно…

– Я не узнаю вас, товарищ генерал, – улыбнулся Лев.

– Так! – Орлов хлопнул ладонью по столу с такой силой, что его мобильник подскочил вверх. Он явно пожалел о своей минутной откровенности. – Что за разговорчики? Ты чего хотел?

– В каком смысле?

– Че ты сидишь тут, Гуров?

– Вы же сами меня вызвали, товарищ генерал. Отчитаться…

– Отчитался?

– Да.

– Ну, так иди работай! – Орлов закрыл многострадальный контейнер и небрежно бросил его в верхний выдвинутый ящик стола.

– В Восьмую областную…

– Вот и езжай.

Гуров не стал спорить. Молча поднялся из-за стола и направился к выходу. Генерал проводил его хмурым взглядом.

– Моралист хренов, – сказал он, когда дверь за полковником закрылась.