Дорожный снайпер

 – А я-то, кретин, бесился, что она отключила мобильник. Думал, бросила меня… Мы немного поссорились в прошлый раз. Это было в воскресенье. Сразу, как «Метеор» вернулся с выезда. Я встретил Лену возле комплекса. Предложил поехать ко мне. Она отказалась, ссылаясь на усталость. Я вспылил. Слово за слово, и… И поругались. Я уехал… Мы нередко ругались, и мне не пришло в голову… Я не придал этому значения… Вот черт! Теперь выходит, что это была наша последняя с Леной ссора… Я никогда не увижу ее больше… Не смогу извиниться… Кто ее убил? Как? Когда?

– Мы это выясняем, – сдержанно произнес Гуров.

 – Расскажите нам лучше про препараты, Игорь, – и постучал ногтем указательного пальца по упаковке метандростенолона.

– Да при чем тут препараты? – скривился Сорока. – Это мой косяк. Мое дело. Смерть Лены не может быть связана со стероидами.

– Позвольте это нам решать. Ваша девушка принимала эти таблетки?

На пару секунд Сорока замешкался, но в итоге все же кивнул в знак согласия.

– Принимала. Но умеренно. Как положено. – Он покосился на Бурмистрова.

 – Все, что пишут в Интернете, – чушь. Все эти побочные эффекты – тупо защита от судебных исков. Они случаются один раз из тысячи. Да и то не в такой опасной форме, как излагают в Сети. Я знаю, о чем говорю, не понаслышке. В наше время ни один спортсмен не обходится без стероидов. Это же не допинг, а значит, законом не запрещен.

– В случае, если это легальные препараты, – напомнил Лев.

– Без разницы. У меня проверенный товар. Никто ни разу не жаловался.

– Кто-нибудь еще в «Метеоре» принимал этот метандростенолон?

– Ну… Да… И не только в «Метеоре».

В других клубах тоже. Лена… Она… Она помогала мне со сбытом. Мои стероиды просто дешевле аптечных. Нет накрутки за марку. А в остальном никакой разницы… Я просто пытаюсь выжить в этом жестоком мире. Зарабатываю, как могу.

– Это статья, Игорь, – скупо обронил Лев. – Не говоря уже о том, что вы стреляли в сотрудника уголовного розыска.

– Знаю.

Задержанный снова сник, но теперь его лицо не выглядело таким каменным и непроницаемым, как прежде.

Одна эмоция сменялась другой. Сорока определенно пребывал в растерянности. Известие о смерти близкого человека потрясло его.

– Откуда у вас этот препарат? – спросил Гуров.

– Этого я не скажу. Хоть на лоскуты меня режьте. Я всего лишь мелкий торговец, но за мной стоят серьезные люди. Стоит мне распустить язык, я и часа не проживу в вашем изоляторе.

– Мы все равно узнаем, Игорь.

– Узнавайте. Это ваша работа. Но не от меня. Я не скажу.