Дорогой сводный братец

А теперь это никогда не случится.

Я поднял глаза и увидел Грету, стоящую рядом и наблюдающую за мной со стаканами в руках.

Слизнув горячую слезу с губ, я произнес:

– Не смотри на меня, Грета.

Она поставила напитки на стол и тут же притянула меня к себе.

В объятиях Греты поток слез только усилился. Мои пальцы впились в ее спину, словно умоляя не покидать меня. В конце концов, я немного успокоился.

– Рэнди просто не знал, что значит быть отцом.

– Как ужасно. Не должен я плакать по нему. Почему же это происходит?

– Потому что ты любил его.

– Но он меня ненавидел.

– Он ненавидел то, что в тебе напоминало о его поступках. Он не тебя ненавидел. Он просто не мог, не знал, как быть отцом."

"Меня поразило, как недалека она была от истины, хотя и не была посвящена в мою тайну. На самом деле Рэнди ненавидел то, что во мне напоминало ему о Патрике.

– Я ведь тебе очень многого еще не рассказывал. Но самое неприятное – это то, что даже после всего дерьма, через которое мы с ним прошли в наших отношениях, я все еще хотел, чтобы когда-нибудь он мной гордился, хотел, чтобы он любил меня.

Я тяжело вздохнул, ведь я еще никому в этом не признавался.

– Я знаю, – мягко произнесла она.

Глядя в ее полные сочувствия глаза, я думал о том, что сейчас заглядываю в душу первого человека, которому удалось заставить меня почувствовать, что меня любили. И за это я ей буду благодарен всю свою жизнь.

– Где бы я был этим вечером без тебя?

– Я рада, что смогла быть с тобой сегодня.

– Я никогда в жизни не плакал к присутствии кого-то.

– Ну, все в жизни бывает в первый раз.

– Это плохая шутка на самом деле. Ты понимаешь мой намек, не так ли?

Мы оба расхохотались. Мне так нравилось, как она смеется.

– Благодаря тебе я вновь понял, что значит испытывать искренние чувства, Грета. У тебя всегда была такая способность. Когда я рядом с тобой – уж не знаю, к добру это или нет, – я чувствую всю полноту жизни. Бывали моменты, когда я не мог с этим справиться, противился этому и вел себя по-свински.