Дочь предателя (СИ)

Наклонился и поцеловал ручки обеим:

— Еще раз повторю, очень сочувствую вашему горю, такие замечательные женщины, — вздохнул он и поклонился, вышел из кабинета.

Мы какое-то время сидели с мамой в напряженном молчании, обдумывая ситуацию, пока она не повернулась ко мне, мягко тронув за руку:

— Я схожу к нему, — горячо сказала она, — Если нужно, буду умолять. Ни одна фирма не может так быстро вывести свои активы, это просто самоубийство. Он специально это делает, но теперь Володи нет, кому Артем мстит?

— Не называй его имя, — прошипела я сквозь зубы, — Слышать про него не могу.

— Я пойду к нему, на колени встану, — решительно поднялась с дивана мама.

— Думаешь, такой, как он расплачется, когда увидит тебя? — криво усмехнулась я, — Лучше остаться без всего, только не унижаться перед ним. Он этого и ждет.

— Мне все равно, что он подумает! — вскрикнула мама, заламывая руки, — Ты представляешь, какая жизнь нас ждет? Я никогда так не жила, Рита. Я даже на автобусе и метро никогда не ездила, как ты предлагаешь теперь жить?

— Ничего, привыкнем, я тоже не ездила на метро, — ответила ей, вставая с дивана.

Провела рукой по мягкой коже, чувствуя чуть прохладную гладкую поверхность.

— Нет, я так не смогу, — решительно ответила мама и вышла из кабинета, оставляя открытой дверь.

Я прошла к шкафу, рассматривая фотографии в тяжелых позолоченных рамках: здесь было несколько снимков папы со мной в разном возрасте. Тут он держит меня на руках, где мне полгода, примерно. Я в розовых ползунках и мы оба чему-то смеемся.

На другой мы на катке: папа и я стоим в коньках на льду, улыбаемся маме, которая нас фотографирует. А вот и мама с папой, их свадьба, какие они здесь молодые и красивые. Мама, конечно, и сейчас у меня красавица, ей еще и сорока нет. Папа был старше ее на двенадцать лет. Они встретились на каком-то приеме, и как мама говорила, увидела его и все, пропала навсегда, как я, когда увидела Артема.

Поморщилась, снова вспоминая ненавистное мне имя. Какая же я наивная дурочка, правильно мой муж меня так назвал.

Не заметила, не почувствовала, влюбилась с закрытыми глазами в мужчину, которого, как оказалось не знала совсем. Артем показался мне принцем из сказки: высокий, красивый, воспитанный. Когда он вошел в зал, где устраивался благотворительный бал, я сразу увидела в толпе его фигуру в черном смокинге. Вокруг было полно таких мужчин, одетых также, но меня словно толкнуло что-то, заставляя посмотреть в широко раскрытые, белые с золотым рисунком двери.