ДНК. Твои не родные

— Тогда почему мы убегаем?

Как же больно отвечать на эти вопросы так больно, что я просто не могу спокойно вздохнуть полной грудью. Но я все же вздыхаю, стараясь глотать слезы и не показать дочери свою боль. Но она все сама чувствует я знаю.

— Потому что иногда у взрослых случаются серьезные разногласия. И я не готова сейчас продолжать наши ссоры. Это причиняет мне боль.

Маша сжала маленькие кулачки и ее глаза сверкнули гневом. Таким комичным для столь маленького существа.

— Если он причиняет тебе боль, то он плохой.

И я его ненавижу.

Нет, никакая часть меня этим словам не обрадовалась. Я больше всего на свете хотела, чтоб у Машеньки был отец даже несмотря на нашу ненависть к друг другу. Она не должна находиться между двух огней. Ни один ребенок не должен — это рвет душу. Я помню, как разводилась тетя Соня и Таня убегала из дома и ненавидела их обоих за то, что тянут ее как вещь, которую не могут поделить. Каждый в свою сторону. Но ребенок ведь любит обоих. Это все равно что у матери спрашивать кого оно больше любит старшего или младшего…Хотя, матери тоже разными бывают.

"

"А я все же собрала бы свою ненависть и сжала ее в кулаке до трещин и крошева, не позволила бы ей ломать психику и жизнь моего ребенка. Я бы позволила Егору общаться и любить свою дочь…Я бы даже очень этого хотела. И весь ужас происходящего был в другом — Егору было плевать на Машу. Он даже ни разу о ней не спросил, и я уверена он и думать о ней забыл. Его волновала лишь мнимая измена, которой на самом деле не существовало.

А ребенок…ребенок был нужен и любим пока я не превратилась в тварь, не заслуживающую прощения, в тварь недостойную носить фамилию Шумакова и не имеющую право даже на оправдание.

— Когда люди ссорятся, то почти всегда в ссоре виноваты оба.

Мне тяжело давались эти слова. Я не знала в чем именно моя вина и чем я заслужила такое лютое недоверие и ненависть Егора…Я могла бы ему все объяснить, если бы он захотел меня выслушать. Но ему была не нужна моя правда он предпочел свою собственную.

Когда-то я читала книгу «Кольцо Борджиа» и главная героиня, гонимая главным героем, произнесла невероятно правильную вещь «подозревает в измене тот, кто сам способен на великое предательство». У меня же в жизни был единственный мужчина — Егор Шумаков. Первый… и скорей всего последний. Я, как и моя родная мамочка, не представляла себе, что Машу будет воспитывать чужой мужчина, как и не представляла, что ко мне прикасаются чьи-то руки, кроме рук Егора.