Дитя подвала

Малышев взглянул на Тамару, которая завернула окровавленную руку в нижний край блузки.

– Так что решила, киска?

– Я…

– Громче! – вдруг рявкнул Сергей. – Говори громче, шлюха! Там, на трассе ты заливалась соловьем!

– Я не могу, – прошелестела Тамара, и он презрительно хмыкнул.

– Я так и думал. Хочется верить, что ты проявила благородство, но почему-то мне кажется, что ты просто ссышь. А кроме того, это непросто – разрубить на мелкие части троих взрослых парней. Ты, наверное, и топор не поднимешь.

С этими словами Сергей вылез наверх и посмотрел на пленников. Тамара не двинулась с места, с застывшим лицом баюкая изувеченную руку.

– Киска, ты слышала, что я сказал? – мягко произнес Малышев. – Если ты будешь сидеть как истукан, веревки сами собой не развяжутся. Делай, что тебе говорят, либо я плесну на вас щелочи. У меня в машине целая канистра.

Тамара вздрогнула, будто очнувшись от тревожного сна, и принялась торопливо распутывать узлы на руках Жоржа.

«Если бы сейчас тут был Руслан, – внезапно подумала она. – Он бы разорвал тебя на части, мерзкая тварь…»

У нее еще теплилась надежда, что ее двоюродный брат по кличке Грот все же прослушал голосовое сообщение, которое она сделала еще там, в доме Алекса. Но даже если так, то что он сможет сделать? Пускай Руслан даже узнает через свои связи, кто этот психопат на «Форде»?! Ее брат там, в Кемерово, а она здесь, в вонючей яме, в лапах этого отмороженного шизофреника… Когда Руслан заподозрит, что произошло что-то неладное, и поспешит к ней на помощь?!

«Когда он начнет звонить тебе, а ты не возьмешь трубку, – прошептал внутренний голос.

Тем временем Сергей молча наблюдал, как Тамара, кривясь от боли, развязывает своих приятелей. Когда от веревок был освобожден Жорж, он сказал, ткнув в него пальцем:

– Вылезай.

– Зачем? Что… что вы хотите сделать? – промямлил Жорж дрожащим голосом.

– Покататься. Ты ведь любишь кататься? – прищурился Малышев.

Сбитый с толку, Жорж принялся карабкаться наверх. Как только молодой человек вылез из ямы, Сергей вытащил лестницу и, свернув ее, положил у дерева.

– Смотри, – сказал он, указывая наверх, и Жорж задрал голову. На высоте пару метров от земли к стволу лиственницы крепилась широкая скоба из металла, от которой вверх на холм тянулся толстый стальной трос.