Девочка Севера

За окном начинают бить салюты.

Я торможу возле кухонного окна и зависаю на ярких, мерцающих шапках цветных газов глазами.

Усмехаюсь. Соне бы понравилось.

Я уже собираюсь отойти от окна за сигаретами, когда почему-то мое внимание привлекает машина, которая останавливается возле подъезда.

Недорогой фордик, ничего примечательного, кроме одной детали: с переднего сидения выходит Соня и мило машет водителю, закрывая дверь.

Мне кажется, что в этот момент моя кровеносная система взрываются от подскочившего давления.

Первичное чувство облегчения заменяет безумная, совершенно слепая ревность.

Перед глазами образуется красна пелена.

Я выхожу в коридор и прислоняюсь спиной к стене. На всякий случай подальше от двери, чтобы с порога на Соню не сорваться.

Мысленно считаю до сотни. Слишком долго она заходит в подъезд и едет на лифте!

Снимая напряжение, несколько раз луплю кулаками стену, пока не лопается на костяшках кожа, и наконец-то слышу, как ключ поворачивается в замке.

— Добрый вечер, детка, — давлю ее взглядом, — Ничего мне сказать не хочешь?

— «Добрый» — отвечает она, переступая за порог.

— Все так… — рычу. — Дверь в квартиру закрой и иди за мной на кухню.

Глава 44. Нервные влюблённые клетки.

Соня

— С Новым годом, моя девочка, — Любовь Павловна обнимает меня, принимая подарок. — О… — улыбаясь, открывает коробочку и заглядывает внутрь. — Вы совсем с ума посходили! — шокировано качает головой. — Лучше бы себе что-то купили! Олеся кулон золотой подарила, ты — платок такой дорогущий…

— Кулон? — переспрашиваю настороженно, — какой кулон?

— А вот, — мама Люба расстёгивает ещё одну пуговицу на блузке и тянет вверх цепочку.

Я нервно сглатываю и изо всех сил стараюсь не выдать то, что мне этот кулон более чем знаком. Потому что если Любовь Павловна узнает правду… я не знаю, что будет!

Во-первых украшение, конечно, она мне вернёт и ни за что не будет носить. Во-вторых заставит Олесю извиняться, а этой дуре сейчас и так не сладко.

Но как? Как Олеся до такого додумалась? Да я бы сама маме Любе отдала, нужно было только сказать…

И тут до меня доходит… Она хотела быть лучше меня. Даже в новогоднем подарке. Господи, какая детская глупость!

— Ну, пойдём, пойдём к столу, — торопит меня Любовь Павловна. — А то нас с тобой все заждались.