Деривация.

 — Как увидел, сколько их на нас прёт…

— А что же не сбежал?

— Стрельбой увлёкся, товарищ генерал. Как они стали падать, уже оторваться не мог… словно держало что-то, и даже… как сказать…

— Удовольствие получал? — прищурился Сомов.

Паша молча кивнул.

— Это бывает, — сказал генерал и достал из шкафа бутылку коньяка с двумя рюмками. — Сейчас немного накатим за твои звёзды, — и неожиданно пропел, — звёзды капитанские ты выслужил сполна, аты-баты, аты-баты…

Выпив коньяк, Паша спросил:

— А откуда вы про удовольствие знаете?"

"Спросил, и вспомнил, что Сомов свои лейтенантские годы провел в Афганистане, и совершенно точно мог знать то, что ночью пришлось пережить Шабалину.

— Бог войны, Паша, — вдруг ответил генерал. — Приходит только в настоящему воину. А если приходит, то уже не отпускают никогда… а что бы ты не сошел с ума, Перун даёт тебе возможность наслаждаться этим кошмаром.

— Он назвался эгрегором войны… — чуть слышно сказал Шабалин. — Пришел ко мне сегодня во сне… и рассказал много интересного.

— Он еще и не тем представится, — ответил Сомов и рассмеялся. — Не ты первый, кто мне про него рассказывает. Ты, кстати, крещеный?

— Нет, — смутился Паша. — Как-то не довелось. Это плохо?

— Это правильно, — сказал генерал.

— Почему?

— Потому что это не наши боги. Наши боги — Род, Перун, Сварог, Ярило, Хорс и другие, но мы про них крепко забыли. А зря. Именно они русскому человеку помогают, и никто другой…

— Товарищ генерал, вы — язычник?

Сомов усмехнулся и налил еще:

— Скажем так: я верю правильным богам.

Шабалин по-новому взглянул на дядю Лёшу: генерал говорил то, чего от него никогда нельзя было услышать, да что услышать, даже предположить нельзя было, что он может такое сказать.

— Я реально не мог остановиться, когда видел результат, — сказал Паша. — Словно стрелял не я, а кто-то другой…

— Значит, так было надо, и стрелял не ты, а он — пока ты праздновал труса и готовился бежать. А он показал тебе пример, что нужно делать, и когда ты поверил в него, поверил в себя, тогда он и отпустил тебя.

— Я не знаю, как мне это всё принимать, — сказал Паша.

Генерал открыл ящик стола, порылся там и протянул Паше небольшой медальончик на шнурке:

— На, носи. Дарю.

— Что это? — Шабалин принял подарок.

— Оберег в виде знака Коловрата. Полезная штука, не потеряй.

— Спасибо… как это будет выглядеть?

— Нормально это будет выглядеть, Паша! — сказал Сомов. — Носи смело.