Демон в шоколаде. Зимний бал в академии

 — И, если память мне не изменяет, заточение пожизненное, а в случае измены (а помощь преступнику приравнивается именно к измене, тем более для совершеннолетнего боевого мага) — заточение может быть заменено смертной казнью. Все так?

Смотрел эльф на ректора, а вот Леонс пошатнулся и стал заваливаться. Но упасть ему не дал Сеттар. Он ловко подхватил Бриса и аккуратно усадил у влажной каменной кладки, довольно сильно похлопав по щекам. Когда сознание адепта стало проясняться, демон вернулся ко мне.

— До чего нынче слабый боевой маг пошел! — на мой взгляд, чересчур наигранно посетовал Салмелдир.

И ведь даже головой покачал. — Эммерс, кликни там стражу, пусть забирают смертника. С ним все ясно.

Сеттар не тронулся с места. Да этого и не потребовалось. Понятно, что спектакль разыграли, чтобы разговорить Бриса и не тратить на него много времени. В конце концов, он на фоне Аланты — мелкая сошка.

Леонс ожил, резко перевернулся и встал на колени, на них же пополз к эльфу.

— Это не я… Я все расскажу… Не нужно стражу! Я все расскажу! Не надо-о-о-о-о-о… — Брис выкрикивал слова, прерывая свой монолог всхлипами и подвыванием.

— Говори! — рыкнул демон.

— Да-да, я… я сейчас… — засуетился Леонс, не зная к кому ползти.

— Слабак! — брезгливо процедила Аланта и сплюнула себе под ноги.

— Лучше быть живым слабаком, чем мертвым героем, — огрызнулся Брис, но дракониха не удостоила его даже взглядом.

— О, леди передумала и уже признает свое знакомство с обвиняемым? — тут же весело поинтересовался Салмелдир, но и ему не ответили.

Впрочем, он не расстроился. Наоборот, сияющая улыбка стала еще шире. И чему радуется? — Тогда, дайте юноше слово.

Эльф что-то прошептал над причудливой безделицей, и случилась странная вещь: рот драконихи открывался, а слов не было. Неужели, ее лишили голоса? Первый раз подобное видела. Любопытные артефакты в арсенале у нашего куратора.

— Рассказывайте, Леонс, — устало произнес ректор. Выглядел магистр скверно.

Брис вздрогнул, еще ниже опустил голову и заговорил:

— Все началось этим летом.

Леди Риш-Танин подсела ко мне в таверне, где я обедал по пути в поместье родителей. Дама, скрывающая свою внешность под искусно наложенной личиной, кутающаяся в длинный плащ, сразу показалась странной. Она заговорила первая. Вроде о пустяках, но я сам не заметил, как стал отвечать ей, рассказывать о своей учебе. Женщину интересовали исключительно маги огня. Тут выбор невелик. Во всей нашей академии лишь в Снарк едва теплился дар этой стихии.