Демон в шоколаде. Зимний бал в академии

Ну, кто еду выплевывает? Тем более, такую! — и тут же сунул в рот кусок плюшки, при этом блаженно застонав.

— И как? — любопытство взяло верх.

— Вкуш-ш-ш-ш-шно! — Вас даже глазки прикрыл от удовольствия.

— Значит, вы можете есть и любите этот процесс, — удивилась я. — Так почему тогда питаетесь лишь магией.

— Мы же существа подневольные, — пожал плечами хран. — Что хозяин пожалует, тому и рады.

И так жалко этих гномов стало. Его же по голове погладишь, корочку дашь, и он не только заговорит, на край света за тобой пойдет.

— Вас, может тебя на волю отпустить? Может, тебе свободы хочется?

Хран подавился булкой и округлил свои красные глазки.

— Что я тебе плохого сделал-то? — пропищал он.

— Ничего, — испугалась я. — Не хочешь свободы, живи со мной, хоть всю жизнь.

— Вот это другое дело, — сразу заулыбался рогатик. — Умеешь ты, Лерка, все-таки думать, когда жизнь прижмет. Тут без вариантов, с тобой останусь. А потом у вас с демоном детишки пойдут, и мне снова работенка найдется…

Вас мечтательно закатил глазки.

— Чего? Какие детишки? От какого демона?

— От нашего! — упорствовала нечисть. — Он об тебя голую терся? Терся! Губы лизал? Лизал! Жениться обещал! Так что детишкам быть!

И это недоразумение сложило на груди ручонки, приняв весьма воинственный и независимый вид. Ненадолго.

— Кстати, он заходил тут, пока ты спала. Раз двадцать, не больше. Так я уж ему сказал, чтобы до утра нас не беспокоил.

Вот наглец! Его бы приструнить, а я сижу и улыбаюсь.

— Утром так утром.

Хран исчез и через секунду возник над столом, опустив передо мной массивный том.

— Я там закладочку заложил, — доложил он.

Согласна. Сначала тайны, а с Сеттаром утром поговорим. Тем более мне нужно очень многое ему сказать."

"«Хроники майар» засасывали, словно портал в какой-то неведомый, полный опасностей и приключений, мир. Я будто сама очутилась в том времени и переживала с элементалями и ссоры с соседями, и строительство храма, и усмирение вулканов.

Да, ее жизнь описывали сразу несколько разделов. Конечно, летописец много писал о ее магических достижениях, но разве это интересует молодую влюбленную девушку? Нет, разумеется, нет. Я хотела узнать, кто стал защитником Ноэллы, и любила ли она его. И книга раскрыла мне секрет. Вот только сказать, что знание меня шокировало — это ничего не сказать.