Дело Варнавинского маньяка

Она неожиданно разволновалась, прыгнула через канаву и понесла. Юная наездница оказалась на земле со сломанным позвоночником."

"Три недели Полина металась между жизнью и смертью, находясь в полном сознании. Она прошла обряд елеосвящения собором из семи священников и уже приготовилась к встрече с Царем Небесным. Но тот решил все же вернуть свою дочь на грешную землю. Барышня выкарабкалась, но осталась неизлечимой калекой — ноги ее не слушались. Отец, вдовый и пожилой, сам чуть не умер у постели единственной и нежно любимой дочери.

Он был счастлив даже таким исходом — главное, что жива! И обрушил на инвалидку все свои родительские чувства и все капиталы. Барышня не знала отказа ни в каком капризе, но удержалась в рамках добронравия. Умная, красивая, тонко чувствующая, она стала примой здешнего общества. И только один Бог знал, какое она несет при этом бремя: в двадцать лет оказаться калекой без малейших шансов на выздоровление. Говорили, что иногда присутствие духа покидало барышню, и тогда от нее прятали в доме сонетки и ножи. Но она перебарывала тоску и опять появлялась на людях молодая и веселая. Красавица высшего разбора, только не встающая с кресла… Смецкая быстро сдружилась с Варенькой, будучи ровней ей и по уму, и по воспитанию; последняя в письмах мужу чрезвычайно ее расхваливала.

— Рада и я наконец вас увидеть, — ответила барышня, не спуская с Алексея необычных, колдовских зеленых глаз. — Давайте теперь познакомимся поближе.

И протянула коллежскому асессору руку для поцелуя. Сердце того неожиданно екнуло.

Что еще за чудеса? Они были одни в комнате — Варенька куда-то подевалась, — и в этом простом движении руки сыщику увиделось что-то необъяснимо порочное. Он принял маленькую изящную ладошку, наклонился и почтительно поднес ее к губам. Неожиданно у него закружилась голова. От Смецкой приятно пахло дорогими французскими духами, а от волос еще и макассарским маслом[38]. Поцеловав запястье, Лыков отступил на шаг, но не тут-то было! Полина Мефодиевна цепко держала его ладонь в своей и не отпускала. Положение становилось уже для Алексея двусмысленным. Инвалидка пыталась заигрывать с ним? С мужем своей приятельницы, в первую же минуту знакомства? Лыков растерялся, но тут, к счастью, вошла Варенька, и Смецкая мгновенно отдернула руку.

— О, вы уже познакомились? Очень хорошо. Вот, Полиночка, это и есть мой благоверный. Прошу любить и жаловать!

— Жаловать обещаю, а любить оставлю тебе, — смело ответила барышня и даже не покраснела.