Дело Варнавинского маньяка

"

"— Видите ли… Ян Францевич Титус на свой страх и риск занимался поиском маньяка, убившего в Варнавине трех детей.

— Что вы говорите! — опешил Серженко. — Но как он решился на это, он — партикулярное лицо?

— Господин Титус до того, как стать партикулярным лицом, возглавлял нижегородскую сыскную полицию. И жуликов ловить умеет не хуже, чем управлять имением.

— Интересно… А вы, стало быть, желаете довести дело до конца?

— Да. Очевидно, что мой управляющий сделался жертвой именно того человека, которого искал…

— Очень вероятно!

— …Убийца почувствовал опасность и нанес упреждающий удар.

— Значит, господин Титус напал на его след! Он в сознании? Я должен срочно его допросить!

— Я с ним уже говорил об этом. Увы. Ян Францевич в сознании, но ничего нового и важного сообщить не мог. Его вызвали анонимной запиской за казармы ратников, там подкрались и ударили ножом. Кто — он не видел.

— Как жаль! Я рассчитывал на новые улики. Полиция зашла в тупик. А где записка?

— Пропала.

— Снова жаль. И господин Титус совершенно ничего не успел выяснить? Ведь чем-то он напугал злодея.

— Полагаю, просто своими расспросами.

— М-да… Но вы просите о содействии. В чем же именно?

— В розысках убийцы.

— Однако это противозаконно! Вы просите меня, чиновника Министерства юстиции, призванного охранять закон, добровольно нарушить его?

— Лев Мартынович, у вас дети есть?

Серженко нахмурился:

— Бог не дал пока.

— А у меня два сына. Они будут жить здесь все лето. У Титуса две дочки. И еще есть много других детей вокруг, над которыми витает страшная опасность.

— Не сомневаюсь, судя по вашим орденам. Но почему бы вам не получить официальные полномочия из Петербурга?

— Как раз к осени и получу, — грустно усмехнулся Алексей. — Когда уезжать надо будет. А здешнюю полицию вы лучше меня понимаете.

— Да уж! — в сердцах сказал следователь. — Бекорюкова с Поливановым иногда неделями в городе не увидишь.

— Вот видите. Пока я здесь в отпуске, самое время душегуба поймать. Помогите.

— А и помогу! — решительно сказал Серженко. — Что я, бездушный сухарь, что ли? Но поступим мы с вами хитро. Заставить Бекорюкова оказать вам содействие я не властен.

— И не надо. Я с ним уже договорился.

— Как вам это удалось? — удивился следователь.