Дело Варнавинского маньяка

Да еще — а вдруг не попадешь?

На этих словах Форосков расхохотался и вдруг, одним движением, выхватил и наставил в лоб надзирателю револьвер. Подмигнул развязно и убрал оружие обратно за пояс.

— Твоя беда, Ваня, что ты возомнил себя пупом земли. Это плохо кончается. Скромнее надо быть, скромнее. Пришел, разорался! «Посажу, пристрелю…» Хочешь у меня за просто так сорги[63] сорвать? Просто потому, что привычка такая, да, Вань? Шалишь. У Фороскова соргу надо заработать.

— Ладно, заткнись. Чего ты хочешь?

— А тебе разве твой освед Коммерческий не сказал? Пожить тут хочу.

— За такое надо платить.

— Я же не против платить. Когда все честь по чести, и я получаю нужную мне услугу.

— Что за услуга?

— Наводка нужна.

— Дом подломать?

— Лучше поместье за городом, в глухом углу. Возьму куш и сразу уйду. Из дувана выделю пятую часть. Но никаких авансов!

— Пятую часть мало.

— За наводку и за то, что не мешаешь — достаточно. Больше за такое не дают. Сделай что-нибудь сам — получишь больше.

— Ты что, хочешь, чтобы я с тобой на грант[64] пошел?

— Эх, сыскной надзиратель… Ты хоть знаешь, что такое грант? Хоть раз сам делал дело? Все что угодно может случиться. Кровь лить — это тебе не пьяных обирать.

Тут в дверь постучали, и просунулась голова хозяина постоялого двора Подшибихина:

— Иван Иванович, за вами из управления прислали.

— Чего там еще? Занят я. Ничего не могут без Щукина.

— Эта… опять… тело нашли.

— Черт! — Сыскной надзиратель вскочил и бросился к двери. На пороге остановился:

— Петр Зосимович, будем считать, мы договорились.

— Буду очень обязан, Иван Иванович!

Форосков снова провел весь день в неспешных прогулках. Он видел погром и наблюдал, как толпа избила и чуть не покалечила Лыкова. С трудом удержался, чтобы не вмешаться… По счастью, исправник подоспел вовремя, и обошлось малыми потерями.

Петр осмотрел все дома в Варнавине, которые можно было бы назвать богатыми. Если бы он действительно готовил налет, кого бы выбрал в жертву? Особняк Смецких, усадьба Нефедьевых, хоромы купцов Попова, Селиванова и Красильникова, флигель княгини Трубецкой, палаццо предводителя Верховского.