Древесный маг Орловского княжества (том 4)

— Мне и печати князя достаточно, заезжайте, — машет, но тут же обращает внимание на Горыню. — Хотя подожди.

— Эй, — щёлкаю пальцами, притягивая его внимание. — На меня смотри. Это мои люди, чего непонятного?

— Не гневайся барин, велено витязя одного искать, — рассказывает, пока его коллеги к нам идут несмело. — Горыней звать. Долг у него большой перед самим графом Милютиным. А ещё и перед комендантом Платовым за двенадцать покалеченных дружинников, трёх испорченных лошадей и погромы с порчей имущества. Не видал ты его?

— Нет, не видал, — отвечаю сварливо, подавая пять серебряных рублей в лапу.

Десятник живенько берёт монеты. И кивает своим, те начинают пятиться назад.

— Поверю на слово, барин, — произнёс стражник, вздыхая. — Но знай, по законам города за своих людей ты в ответе, так что следи за ними сам.

Пропустили наконец.

— Герб какой смешной, — обсуждают стражники уже вслед изображение серпа и молота на наших щитах. — Не мечи, не топоры. Трудяги, небось. Нашли, чем хвастать.

Одного своего дружинника придержал, который собрался уже драться идти за языки острые.

Напряжение сошло лишь когда хвост моей колонны арку прошёл. Выдохнул с облегчением, даже настроение поднялось. Горыню не схватили, меня не обвинили в укрывательстве. В принципе, все эти проблемы я сам себе придумываю.

По большому счёту витязя можно было в селе спрятать неподалёку. Но оставлять без присмотра не хочу с учётом того, что вопрос его не решен ещё.

Въезжаем сразу на площадь, частично заполненную рынком. Время к вечеру, а народа тьма. Гам стоит тошнотворный, хочется сразу куда–нибудь свалить. Улочки в три стороны, в конце самой правой набережную видно, туда и поскакали, углубляясь в город.

Постройки действительно плотные, домик к домику, в основном по два этажа. Улочки тесные, не развернуться. Ну хотя бы не навалено мусора, как в помойке. Копыта по брусчатке непривычно громко бьют.

Если за стенами сёла раскинулись щедро, русское деревянное зодчество пестрит, любо–дорого посмотреть. То тут, видимо, стремясь впихнуться под защиту стен, набилось серых и невзрачных домов, да побольше."

"И всё же на набережной удалось вдохнуть полной грудью. Река Ока здесь шириной метров в семьдесят, и это пока рекордная для меня в этом мире.