Де Виан Рейн. Хозяйка Инс-Айдена (СИ)

— Глава преступников Вирдании, которого никто не видел в лицо, кроме тебя и ещё двух человек, — с улыбкой проговори Скай, сделав шаг в мою сторону.

— А ещё кто? С каких пор глава преступников Вирдании вхож к его величеству? И зачем главе преступников устраивать проверки градоначальников?

— Слышала? — усмехнулся мужчина, приблизившись ко мне ещё на один шаг.

— Да, так кто ты, Скай?

— Мне жаль…

— Не скажешь, — усмехнулась, признаться, другого ответа я и не ожидала услышать, — ты уедешь?

— Я должен, Дель, но одну тебя не оставлю и прежде разберусь с Ирвином и Алексом, — едва слышно проговорил незнакомец, сделал последний шаг, окончательно сократив между нами расстояние, и медленно провёл по моей щеке тыльной стороной ладони, — Дель… та игра, мы говорили с тобой о ней, она длится уже больше десяти лет и в ней давно увязли все влиятельные фигуры Вирдании и соседних стран.

— И ты должен вернуться в Вирданию, чтобы продолжить партию?

— Следующий ход мой, — произнёс мужчина, а мне вдруг вспомнилось: «Самый сильный ход в шахматах — это удар доской по башке», и сейчас я как никогда была уверена, что только этот ход наконец закончит дурацкую игру, но сказала совсем другое:

— Ты расскажешь, какая цель этой игры?

— О ней давно забыли, все увлеклись уничтожением пешек, чтобы пробиться к их величествам, — с горькой усмешкой ответил Скай, продолжая выводить странные узоры на моём лице, — её величеству это не понравилось, и она потребовала соблюдения правил.

— А тебя назначили судьёй?

— Дель…

— Ладно, можешь и дальше хранить свои секреты, — отпрянула от мужчины, но вдруг осознала, что веду себя как маленькая глупая девочка, и проговорила, — я уверена, Алекс ждёт очередную партию алмазов, съездим завтра на прииск?

— Конечно, — улыбнулся Скай, с лёгкостью распознав мой манёвр, — расскажешь, почему ты так пристально следила за Анули?

— Да… почему бы и нет, — озорно улыбнулась мужчине, прошла к креслу, где он совсем недавно сидел, неторопливо в нём устроилась, убедилась, что сын крепко спит, и только тогда заговорила, — кажется, Анули была любимой женщиной моего отца, а Эфе, милый мальчуган — мой брат.

— Кхм… — поперхнулся Скай, не сразу найдя что сказать, всё же великому и могущественному не всё подвластно в этом мире, и мне удалось его удивить. Но надо ему отдать должное, Скай быстро взял себя в руки и поинтересовался, — и что ты собираешься делать?

— Не знаю, — меланхолично пожала плечами, ощущая вселенскую усталость.