Чудовище без красавицы

– Куда?

– К нам.

– Смеешься, что ли? Да у тебя мужик мент!

– Откуда ты знаешь? – удивилась я.

– Я похож на идиота? Пустил в дом к своему ребенку учительницу и ничего не узнал о ней? Нет уж, я собрал о тебе справочки.

– Тогда поехали к Алке Барсуковой, она спрячет.

Павел недоверчиво посмотрел на меня:

– Почему?

– Потому, что я попрошу.

– Денег много возьмет?

– Ни копейки, давай, шевелись, самое надежное место, там тебя никто никогда искать не станет.

Мы поймали такси.

– Воропаевская улица, – велела я.

– Эта Алка дома?

– Дома.

– Точно?

– Сто процентов.

– Одного не пойму, – сказал через пару минут Павел, – отчего ты не в ментовку побежала, а стала мне помогать.

Я хмыкнула:

– У меня папашка – бывший вор, правда, теперь, как говорят, «твердо стал на путь исправления», много раз судился и срок мотал. Так что я – дочурка блатного, как же своему не помочь!

Павел ухмыльнулся:

– Ври больше, нет, скажи, почему?

– Не похож ты на наркобарона, уж извини, и потом, ты всегда такой приветливый был со мной, куртку подавал… И еще Никитку дико жаль, Лена умерла, отец в тюрьме… Ну не знаю почему, отвяжись, бога ради! Муж у меня и впрямь майор.

– Никогда наркотой я не баловался, – тихо ответил Павел, – прямо обалдел, когда менты в квартиру ворвались и «герыч» под матрасом нашли, в моей спальне, целых двести граммов.

– Может, Лена приторговывала?

– Да ты чего? – возмутился Федулов. – Зачем ей! Знаешь, сколько она в месяц сшибала! Нет, его кто-то подложил, но кто?

Я промолчала, в голову пришла одна мысль, но озвучивать ее при вдовце не следует. Вдруг у Леночки имелся любовник, решивший таким образом избавиться от законного муженька?

Возле квартиры Барсуковой я велела Павлу:

– Ничему не удивляйся, – и позвонила.

Послышался бодрый перестук, дверь распахнулась, и показалась Алла, стоящая на костылях, пустая штанина была пришпилена к поясу английской булавкой.

– Вилка! – завопила Барсукова. – Почему не предупредила, я бы ногу прицепила! Эй, Катька, Анька, готовьте чай, Ванька, беги на проспект за тортом, Женька, разгреби на кухне.

Мы сняли куртки. По коридору туда-сюда засновали дети с пакетами, кульками и банками.

– Ну вы раздевайтесь, мойте руки, – радовалась Алка, – сейчас я вернусь.

Ловко опираясь на костыли, она исчезла в глубине квартиры.