Черная смерть (СИ)

Такая точка зрения, конечно, имела право на существование, но мне была совсем не близка. Впрочем, я пришёл из другого времени, где такой подход давно устарел и забылся за ненадобностью. Так что неудивительно.

Возле стойки пили пиво, о чём-то тихо переговариваясь Бернард и Болек. Должно быть обсуждали финансовые вопросы.

Мы подошли к стойке. Трактирщица, возившаяся с краном бочки посмотрела на нас, что-то пробурчала себе под нос и продолжила заниматься своим делом.

— Прошу прощенья… — начал было я, но трактирщица тут же меня перебила.

— Не у меня тебе надо прощенья просить, — буркнула она оторвавшись от бочки и всё-таки подойдя к нам, — А у Инги. Ты мне пошто девку обидел? Всё утро вон сидит ревёт. Она к тебе в лучшем марафете, в лучших шмотках, даже без предложения заплатить. Задаром хотела дать. Уж больно понравился ты ей. А ты…

Айлин чуть было не задохнулась от возмущения. Открыла рот, явно намереваясь высказать трактирщице всё, что думает и о ней и о «девке» и вообще обо всем этом притоне. Я жестом остановил её.

Продолжил сам.

— Выставил её за дверь. И сделал бы это снова. Ей вчера чётко и ясно было сказано — нет. Причём дважды. Если она этого не поняла — это её проблемы. Если она не умеет принимать отказы — это так же, только её проблемы. Но, — я выдержал паузу, чтобы подчеркнуть значимость дальнейших слов, — Я надеюсь, что теперь мы разрешили все наши недопонимания и больше не вернёмся к этому разговору.

Айлин снова открыла рот, явно желая добавить к моей речи пару ласковых слов. Немного помедлила.

Затем, передумав, согнула руку в локте и показала трактирщице средний палец. Та недоуменно уставилась на него, словно баран на новые ворота. Похоже, такой жест был здесь не в ходу. Девушка тоже быстро это поняла. Немного помедлила, как бы раздумывая что делать дальше. Затем взяла меня за ворот рубахи. Настойчиво притянула к себе, обвив руками шею. Нашла мои губы своими. Поцеловала. Со вполне явным умыслом. Так, чтобы это видели все. Я обнял её за талию. Прижал к себе. Я был не против.

Послышалось многозначительное покашливание Тура. Краем глаза я увидел, как Вернон отстёгивает от пояса кошель, высыпает содержимое на стол. Отсчитывает с десяток мелких монет и протягивает здоровяку. Теперь понятно, на что они тогда ставили. Вот ведь засранцы.

Девушка отстранилась. С видом победительницы посмотрела на трактирщицу. Та лишь равнодушно пожала плечами. Мол дело ваше. Лезть в него не собираюсь. Оставалось надеяться, что такой намёк дойдет даже до неё.