Будущие, или У мечты нет преград

Мудрое решение, я обидеться могу и тогда разговора точно не будет.

— Арчер еще не заговорил?

— Насколько мне известно, нет, — ответила я.

— Как ты думаешь, почему он решился на такое? Крост очень избирателен и привередлив. Просто так к нему попасть сложно. И тут вдруг такой провал. Впервые за столько лет. Сдает старик?

— Старый лис позиций не теряет, — возразила ему, не желая обсуждать и принижать начальника. — Он еще нас всех переживет и перехитрит.

Алисет кивнул, продолжая гипнотизировать меня взглядом светло-карих глаз.

Вот только здесь он не имел никакой власти, а я уже давно не была той сопливой девчонкой, которая могла теряться от этого взгляда и краснеть. А то, что было в кабинете царицы, лишь секундное помутнение разума. Нервы.

— Что у вас там произошло на самом деле?

— Ничего нового к вышесказанному я добавить не могу.

— Дело государственной важности.

— А я разве шучу?

— Но ты что-то скрываешь.

— А ты? А ты ничего не скрываешь? — неожиданно спросила у него.

— Что я могу скрывать?

— От чего умерла Сильвия? Или она погибла? Не уберег жену от козней многочисленных врагов?

Не знаю, почему спросила. Может, потому что этот вопрос не давал покоя с того самого момента, как я узнала о ее смерти. Или просто хотелось уколоть его побольнее, сбить с настроя, заставить ошибиться.

Не знаю. Может быть все вместе и ничего конкретно.

— Честность за честность? Хорошо. Нет, это не происки моих врагов. Сильвия заболела сразу после свадьбы.

— Заболела? — растеряно повторила я, чувствуя, как внутри что-то сжимается.

А если это я? Каким-то словом, пожеланием прокляла девушку? Ведь мотив был и возможности тоже… пусть не осознанно и не специально, но я могла это сделать.

— Слабость, головокружение, обмороки.

— Но она всегда была здорова.

— Лучшие лекари и искрящие проверяли ее на яды, проклятья и ничего не могли найти.

Уф… отлегло.

— Но тогда что? Она никогда не жаловалась на здоровье.

— Не знаю. Сильвия угасала, медленно и я ничего не мог сделать. День за днем. Случались просветы, когда она снова улыбалась, была весела и радовалась жизни. Но их становилось все меньше.