Бросаешь мне вызов, Тихоня?

Притягивает к столу стул, садится и, не поднимая на меня взгляда, уплетает омлет, докладывает в тарелку запеченные ломтики куриной грудки и свежие нарезанные овощи.

Сытый мужик — добрый мужик. К концу завтрака его взгляд оттаивает. Посуду складывает в раковину с просьбой не трогать, он сам загрузит в посудомоечную машину.

— Ты пока будешь сушить волосы, я спущусь в зал, немного разогреюсь, — не сразу до меня доходит, что он собирается тренироваться.

— Я могу пешком…

— Я отвезу, — не терпящим возражения голосом.

"Ровно через полчаса Демьян выходит в коридор. Я хотела сбежать по-тихому, чтобы он не прерывал тренировку, не получилось, Демьян, словно почувствовал, что я уже на пороге. Смотрит на мои ботинки, которые я в этот момент пытаюсь застегнуть. Ничего не говорит, лишь хмурится. Нужно все-таки разобрать пакеты с одеждой, что он подарил. Сегодня на мне трикотажное платье на ладонь ниже колена, поэтому выбор одежды он никак не прокомментировал.

Накидывает на вспотевшее тело ветровку.

— Вернусь, закончу тренировку, — поясняет мне свои действия. Отчего-то становится неловко, хотя моей вины нет.

До университета добираемся за пару минут. Останавливается прямо у ворот. В это время тут полно студентов. Я знаю, что окна у машины тонированные, но все равно кажется, что на нас все смотрят. На меня так точно осуждающе. Я уже представляю, какие разговоры ползут среди студентов. Мне становится нехорошо, в этом гадюшнике, где мажоры ополчатся против меня, будет выжить сложнее, чем в интернате.

— Пока, — берусь за ручку, задерживаю дыхание, вздернув повыше подбородок. Сейчас главное не пасовать, не демонстрировать неуверенность и страх.

Демон выкидывает руку, перехватывает меня за затылок, запутывая в волосах пальцы, толкает на себя. Завладев моими губами терзает не меньше минуты, я при этом отвечаю, потому что мне безумно нравится с ним целоваться. Так нравится, что пальцы поджимаются на ногах.

Как только он отпускает, я открываю дверь и выхожу из машины.

Мне страшно, но я это чувство давно научилась скрывать. За спиной раздается рев мотора, не оборачиваясь, принимаюсь идти вперед.

— Раяна, — окрикивает Демьян. Не слышала, как он вышел из машины. Она до сих пор стоит у ворот, преграждая вход, но никто не возмущается, даже охрана.

— Что? — под любопытными взглядами я теряюсь, голос звучит глухо.