Брендинг как сексуальное извращение (СИ)

— Чижик-пыжик, где ты был, — согласился с ним Тимур, наблюдая, как из 1007-го Пежо выходит высокий стройный молодой человек, чтобы помочь выбраться из машины… Коте. Парочка о чем-то мило щебетала, обаятельно улыбаясь в 64 зуба.

Тимуру подумалось, что может он и зря успокоился на предмет мальчика-индиго. А тут еще и Змей дровишек подбросил:

— А Екатерина Андреевна у нас педофилией не увлекается?

— В интересах безопасности ребенка, надеюсь, что нет, — рыкнул себе под нос Тим.

Тем временем дверь открылась, и обсуждаемые ввалились в холл.

— Это Тимур Александрович, исполнительный директор, — представила его Котя, кивнув в знак приветствия.

— Леонид, — представился «ребенок», на удивление крепко и уверенно пожав Тимуру руку.

Процедура знакомства плавно перетекла в обсуждение условий договоров новоприбывших, к которому присоединился мрачный как грозовая туча юрист. Леонид удивил Тимура грамотностью в юридических вопросах — в отношении условий использования продукта обеими сторонами, и полным отсутствием стеснения в вопросах обсуждения размера вознаграждения.

— А работаете вы так же, как обсуждаете дела? — проявил с ним солидарность Игорь.

— Работаю я гораздо, гораздо лучше, — скромно ответил Лёнчик.

После того, как Леонид и Катя в сопровождении Женьки ушли устраиваться, Тимур поинтересовался у юриста:

— Ты чего такой недовольный?

— Оксанка замуж выходит.

— Когда?

— На этой неделе.

— И давно ты знаешь?

— Она в середине декабря сказала.

Тимур без слов сочувственно постучал Игоря по плечу.

Минус один, облегченно резюмировал исполнительный директор.

Котя вновь оказалась в знакомой компании. Правда, температура в ней сейчас был на десяток градусов ниже, чем во время их первого знакомства. На нее смотрели с нескрываемой неприязнью.

— А что здесь делает эта крыса? — выразил общее мнение архитектор Просто Константин.

— А у вас, Константин Валерьевич, доказательства моей вины имеются? — спросила она со спокойной улыбкой, чуть опередив открывающего рот Тимура.

— На самом деле, Екатерина Андреевна единственная, кто лично пострадал от всей этой ситуации, — вмешался Тимур. — И никаких фактов в пользу того, что материалы конкурентам передала она, нами обнаружены не были.