Больше, чем ничего

Астор сильнее пальцами сжал верх деревянной дверцы, о которую опирался ладонями. Так, что костяшки побелели и под смуглой кожей проступили вены.

— Я уже сказал, что никуда не уйду, — немного опуская голову, Дега сделал глубокий, медленный вдох. Даже несмотря на плотную ткань серого пальто, было заметно то, как вздымалась его широкая грудь.

И именно этот момент почему-то веял жестким затишьем, от которого нервы сжались и окончательно порвались в тот момент, когда Астор толкнул разделяющую нас дверцу. Она с грохотом ударилась о шкафчики и открылась.

— Не подходи, — заметив его первый шаг, я быстро ступила по кафельному полу вбок и стиснула зубы. Произносила это, как приказ, но Астору, судя по всему, было глубоко плевать на мои слова и, прежде чем я успела ускользнуть в сторону, он оказался слишком близко. Загнал меня в угол, словно зверь.

Сначала Дега своей ручищей обвил мою талию. Так, что я почувствовала себя по сравнению с ней не просто хрупкой. Скорее, вовсе крошечной. До безобразия уязвимой.

Вторую руку Астор положил на мой живот. Удерживая. Ещё сильнее прижимая к себе и обнимая так, что все тело заныло. В таком положении, когда я даже толком дышать не могла, Дега наклонился и своей щекой прикоснулся к моему уху.

— Отпусти, — меня трясти начало. В прошлом между нами многое происходило, но таких объятий — ни разу. Будто бы выходящих за рамки всего. Проходящих лезвием по мыслям от того, как Астор держал меня в своих руках. Словно делал это раз и навсегда. — Дега, ты…. немедленно отпусти.

Астор и на эти слова не отреагировал. Сильнее прижал к себе, хотя казалось, что больше просто некуда. Пальцами сжал ткань блузки и мне даже показалось, что его ладони дрогнули. Да и вообще в Дега было что-то странное.

— Я очень скучал по тебе, — его хриплый голос раздался практически рядом с моим ухом. — Веришь? Мне тебя не хватало, Вив. Сильно. А сейчас вижу тебя и.…

— Замолчи, — я ещё сильнее стиснула зубы и ладонью уперлась о столешницу рядом с кофемашиной, совершенно не замечая того, что могла задеть и разбить блюдца.

— Ты сильно изменилась, — Астор наклонился к моей щеке. Так, что его губы почти коснулись моей кожи. — Такая охуенная стала.