Билеты в один конец

Или провалиться сквозь землю. Или вернуться в тот момент, где успела бы подхватить.

Минуты тянутся как вечность. Холодно. Дождь и поиски Ландыша оставили грязные пятна на джинсах. Пряди слиплись. Смотрю в пол. В глаза бросается треснувшая плитка. Механически тянусь к карману за резинкой, собираю их в хвост.

Мы сидим с Владом в коридоре. Он встревожен не меньше моего.

– Всё будет хорошо, – шепчет он.

И мне хочется верить, что действительно так.

Наконец выходит врач:

– Всё обошлось. Перелома нет. Сильный ушиб, рассечение кожи, наложили швы.

Алису выводит медсестра. У неё лангетка на руке и поникший вид.

– Хорошо со мной всё. А теперь поехали за Ландышем, – настаивает она.

Я обнимаю дочь, и чувствую, как камень падает с плеч. Как хорошо, что все обошлось!

– Да-да, сейчас поедем. Точнее, я одна съезжу, а вы дома побудете с Вл… Лёшей, – поправляю себя. – Хорошо?

Оборачиваюсь к Таранову, чтобы сказать пусть все оформит, а мы подождем в машине.

– Вл… Лёша?.. – отхожу от Алисы, трогаю его за плечо. – Ты в порядке?

Он моргает, словно возвращаясь издалека:

– Да. Просто… чуть передохну. Слишком быстро все. Эмоционально…

– Тебе… позвать врача?

– Нет. Я в норме. Надо только…

Он делает шаг и тут же хватается за стену. Глаза закатываются, челюсть сжимается, дыхание сбивается.

– Влад! – забываю, что он Лёша. Поддерживаю под руку. Он соскальзывает по стене, не падает, но его тело теряет тонус.

– Блядь… – выдыхает, пытается улыбнуться, но выходит уродливо. Он все понимает. И ненавидит это.

– Я сейчас позову врача… Сейчас… – шепчу я, по-новой впадая в панику.

Боже, да что за день! Я же умом тронусь от страха. Надо хоть какой-то перекур. А не всё разом.

– Нет, всё в порядке. Не надо врача. Всё нормально… Я просто… перенапрягся.

Но я его не слушаю.

– Мама… – зовет Алиса, кутаясь в мою куртку. – Мы когда домой?

– Сейчас, дорогая. Только Лёшу покажем врачу. У вас есть специалист, невролог? – обращаюсь к доктору.

– Да, идемте.

Влад поднимается. Вроде идет уверенно, но через пару шагов замедляется и выключается, как по щелчку. Сначала оседает, потом наклоняется вперед.