Билеты в один конец

Хотя на вид мужчина он крепкий, мускулистый. Не должно его развезти, как меня, с одного бокала.

– Правда.

– Сейчас жалеешь об этом?

– А смысл?

Хотя, пока сидела на вокзале, всякие мысли были. Вплоть до того, чтобы тоже изменить. Но это так низко, нечистоплотно. Глупая месть. Может, если бы по симпатии, с желанием и чувствами, а так… противно еще и от себя станет.

Поезд делает первую остановку. Алексей выглядывает в окно, берет телефон и встает.

– Я за сигаретами. Тебе купить что-нибудь?

– Нет. – Я тянусь за кожанкой, потому что он опять пялится.

Мой разрисованный попутчик выходит из купе и пропадает почти до конца стоянки. Когда он возвращается, то будто заполняет собой все пространство. Запах табака смешивается с тонким ароматом туалетной воды, и вместе они создают вполне приятный шлейф.

Алексей усаживается напротив, снова сверлит меня взглядом, вызывая неловкость. Затем жестом фокусника достает из кармана огромную шоколадку."

"– Это тебе. Взятка. Чтобы мои глаза остались целыми.

Он раздражает своим поведением и одновременно чем-то располагает к себе.

7 глава

ТаняСжав в руках стаканчик с остатками вина, которое отлично сочетается с шоколадкой, я смотрю в окно. На улице ночь, темнота обнимает степь. Или что там за пейзаж? Не разобрать. Редкие фонари не дают ничего рассмотреть, да я и не стараюсь.

Алексей снова пытается завести разговор. Оказывается, он заметил татуировку на запястье.

Все попытки разрисованного скрасить свой досуг за мой счет терпят фиаско. Видимо смирившись, Алексей засыпает, оставляя меня наедине с вином и шоколадкой. Самой бы тоже закрыть глаза и забыться сном, но не могу. Мысли носятся в голове, как испуганные птицы.

Можно, конечно, сидеть и жалеть себя до полного изнеможения, только что это даст? Ничего. Поэтому стоит хотя бы попытаться взять ситуацию под контроль.

Похоже, большинство мужчин так или иначе предают. Сначала стремятся стать героями для своих избранниц, пользуются их уязвимостью, делают вид, что готовы ради них на многое, а потом… Потом все до абсурда предсказуемо и больно. Вот мы и начинаем думать, что никакой любви не бывает вовсе.