Близняшки для потерянного папы (СИ)

Темные круги под глазами, сведенные вместе брови. Богданов, как и я, не спал уже пару ночей.

— Отчет о происшествии есть? — уточняю у друга.

— Нет, — недовольно поджимает губы. — Мои люди работают в этом направлении, но так просто его не достать.

— Понял тебя, — вынимаю сотовый телефон из кармана. — Я попробую через своих.

Набираю Алекса. Стрелецкий как никто другой должен разбираться в подобных вещах.

— Тох, здорово! — Спустя буквально пару гудков друг поднимает трубку. — Просто так или по делу?

— По делу, Санек, — произношу, отходя от Вадима чуть дальше.

Глава 26. Крис

— Мира, Мила! Осторожнее! — просит дочерей взволнованная Ксюша.

Девчонки полезли на горку, следом за ними, естественно, лезет Макар. За Маком Соня. Замкнутый круг.

Игровой городок у Богдановых хоть и адаптирован для детей разного возраста, все равно вынуждает следить за детьми. А порой переживать. Вот как сейчас, когда едва стоящий на ногах малыш карабкается за более старшими детьми на высокую горку.

— Ксю, ты как? — поворачиваюсь к подруге. В ней что-то неуловимо изменилось. Сколько бы я ни присматривалась, так не могу понять, что именно.

— Все хорошо, — улыбается. — Морально готовлюсь к тому, чтобы завершить грудное вскармливание. Макар уже большой мальчик, вполне справляется без груди.

— И что же тебя останавливает? — вопросительно выгибаю бровь.

— Не поверишь! — смеется. — То лень, то усталость, — произносит с ухмылкой.

— Лень — двигатель прогресса, забыла? — подтруниваю над подругой.

— Но есть еще кое-что, — добавляет она, словно не слыша моей подколки.

— Что? — интересуюсь.

— Когда кормишь грудью, то удовольствие от близости иначе получаешь, — произносит мечтательно. — Гораздо мощнее.

— А-а-а, — только и остается мне ответить. Я о подобном не в курсе. После развода с Марком в этом плане у меня не было никого.

На какое-то время между нами повисает молчание.

"— Ксюш, что там у тебя вчера приключилось? — взволнованно спрашивает у меня. — Вадим толком не говорит ничего. Либо тему сразу переводит, либо отмалчивается.

— Да ладно? — удивляюсь. — Я была уверена, что брат тебе обо всем рассказал.

— Нет, — признается. — А то ты его не знаешь! Упрямый молчун!

— Ага, — тепло улыбаюсь. Царящая в груди тревога медленно отступает.