Близкие люди

Когда?

— Степ, ты что застыл? — спросила рядом удивленная Леночка. — Гребенщикова никогда на слышал?

Он никогда не слушал Гребенщикова в своей машине."

"Было утро. Он торопился, потому что позвонил Чернов и сказал про труп в котловане, а он должен был еще завезти Ивана в школу. Он вытирал стекло, опираясь ладонью о капот, и капот показался ему странно теплым, как будто нагретым на солнце. Капот не был нагрет на солнце. Он был теплым потому, что его машина вернулась из Сафонова только под утро.

Тогда он выругал Ивана за то, что тот трогал приемник.

«Я ничего не трогал!» — верещал Иван. Он действительно ничего не трогал.

И зажигалка. Черная с золотом зажигалка «Кельн Мессе».

Как сказал Чернов? «Как будто на ней твоя фамилия написана»?

К тому моменту как он высадил у парикмахерской на Новом Арбате бывшую жену, он понял очень многое.

Почти все.

* * *

В Сафоново он оказался гораздо раньше, чем предполагал. Ему нужно было во что бы то ни стало приехать до капитана Никоненко.

Машина Чернова, наклонившись влево, стояла на утрамбованной колесами площадке перед конторой. Рядом с ним был припаркован чей-то чужой, грязный и не слишком новый джип.

Принесло кого-то! Кто бы это ни был, Степан сейчас разбираться не станет. Всего только полчаса — и он будет знать все. Полчаса любые дела могут подождать.

И еще он должен предупредить Ингеборгу. Черт, давным-давно можно было купить ей мобильный телефон и не сидеть без связи, как медведи в тайге. Как это он не догадался?

Он о многом не догадывался.

Страшно даже подумать, сколько всего он пропустил мимо ушей, мимо глаз, мимо мозгов, тупица чертов!..

Он тяжело выпрыгнул из машины, захлопнул дверь и взбежал на шаткое крыльцо конторы.

— Черный, что тут у нас происходит?! Ты где?! Чья там машина? Я сейчас ни с кем не могу разговаривать!.

Он толкнул дверь «кабинета» и замер на пороге.

— Привет, Паш. — Чернов вылез из-за «главного» стола, у него было напряженное лицо. — У нас, как видишь, гости сегодня с утра.

— Здрасьте, Павел Андреевич, — проговорил здоровенный белобрысый мужик в кожаной куртке и джинсах, — это мы вас дожидаемся.

И тут он пнул под ребра своего соседа, который, сгорбившись, как вопросительный знак, трясся на соседнем стуле.