БЕСсильный чемпион. Том 7

 — Сначала мы со Скоморохом пролезем…где его группа кстати?

— На юге от замка согласно плану, чтобы разведать обстановку.

— Ну и что там?

— Говорит «жопа».

— Значит, замок укрепили так же хорошо со всех сторон. Пусть Скоморох сюда катится. Короче, план таков…

— Бес, — вдруг меня прерывает Кали.

Я морщусь — терпеть этого не могу, но молча жду, Кали из-за ерунды не влезет.

— Свете нельзя штурмовать это каменное чудовище, — кивает Леди Волчица на укрепленный замок.

Белоснежка смотрит на нее как на дуру. Дырявит взглядом шести паучьих глаз.

— Совсем рехнулась, простолюдинка…клац? Хочешь меня за борт вышвырнуть? Дудки!

— Нельзя тебе, — настаивает Кали, сощурив багровые глаза. Такие не продырявишь.

Я вздыхаю. Ну конечно, в двух шагах от минометов с пулеметами мне только не хватало девичьих разборок.

— Кали, почему ей нельзя?

Леди Волчица мешкает, бросает взгляд на отвернувшуюся Белоснежку.

— Кали!

Мой рык заставляет ее вздрогнуть и торопливо сказать:

— Света носит твоего ребенка.

Все удивились.

— Чего…клац?! Что, что за чушь ты несешь?!

Кали мигом теряется и даже отступает на шаг под моим недоуменным взглядом.

— Но…но в дворцовом туалете ты сама сказала, что беременна!

Теперь я перевожу суровый взгляд на Белоснежку.

— Простолюдинка не так поняла, Бес… клац, — оправдывается княжна. — Беременна вовсе не я. Какая была бы я тогда дура, если бы с твоим ребеночком внутри потащилась в Оксфорд! Да ни за что бы! Закрылась бы в комнате и окружила себя сотней дружинников!

Ммм…соображает.

— Но ты сказала, что беременна, — настаивает Кали.

— Я говорила с сестрой…клац, — вынужденно сообщает Белоснежка. — Это Соня на сносях. Обогнала меня опять, — от злости она скручивает «мохнатки» в кольца. — Вот ведь везучая, стерва!

Стою в ступоре. София носит моего ребенка? Блин, конечно, моего. Я — отец!

Полисплав будто сам собой оттекает с моего лица.

— Похоже, мы потеряли командира, — усмехается Ясна, махая рукой перед моими затуманенными глазами.

Ловлю ее руку и целую пальцы. Она удивленно распахивает глаза. А я подхватываю рыжую за талию и, прижав к себе, крепко целую в губы. Даю выйти захлестнувшим меня диким штормом эмоциям. Такой кайф в душе! Я — отец! Ясна пытается вырваться, отстраняет лицо. Сжимаю ее затылок, снова прижимаюсь губами.

Я — отец! Отец!

И Ясна сдается, отвечает мне. Глубоко и нежно. Пальцы ласково гладят мое лицо. От нее пахнет порохом и кровью.