Бесчувственный... Книга 2

Словно вот это его «Моя самка» значило куда больше, чем я могла представить.

Глава 28 Рядом

Я молчала. Сидела и смотрела на то, как Райт обрабатывал мои ссадины. Это завораживало. Казалось чем-то таким, от чего просто невозможно оторвать взгляд. Бережность вообще несвойственна его грубым рукам, но, тем не менее, ко мне Матс прикасался так, что я не ощутила ни капли боли.

Его прикосновения, наоборот, были приятными."

"Когда Райт закончил, я так же не проронив ни слова, взяла парня за запястье и потянула к раковине.

Откуда во мне столько бережности по отношению к Райту?

Он меня убить хотел, а я сейчас даже дышать переставала, когда промывала края ран, словно не желая причинить ему хоть малейшую толику боли. Он и так ее себе слишком много причинил.

Райт все это время стоял и послушно давал заниматься его руками. Ни разу не пошевелился и не сказал ни одного слова.

— Не доводи себя до такого состояния, — мой голос задеревенел от строгости. Меня вообще раздирало от желания обругать Матса. Как он с такими руками работал?

Смыв всю кровь, я повела его к диванчику и, перебрав аптечку, достала антисептик.

— Я тебе нравлюсь.

— А? — я подняла голову. — С чего ты взял?

— Ты обо мне заботишься.

— Это слабый аргумент, — я промочила ватку антисептиком и накрыла ею самый большой порез.

— Зачем еще тебе это делать?

— Нужна причина, чтобы кому-нибудь помочь?

— То есть, если бы на моем месте был какой-нибудь другой парень, ты бы вела себя точно так же?

— Да.

Нет, я не вела бы себя точно так же. Обработала бы раны, но не прикасалась бы к ним именно вот так.

Такие прикосновения могли быть только с Райтом.

— У тебя были парни? — ладонь Райта налилась свинцом. Теперь не была такой расслабленной, как раньше.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому, что должен знать.

Я иронично улыбнулась и хотела ответить что-нибудь уклончивое, но странное непонимание пронзило голову и я замерла.

Райт по запаху должен был понять были ли у меня парни. Как минимум, он бы уловил, что я не девственница. Он даже про метку ничего не сказал. Неужели не почувствовал ее?

— Сколько тебе лет?

— Шестнадцать.

— О, боже, да ты еще совсем мелкий, — я оторопело отодвинулась и посмотрела на Матса так, словно он только что покрылся чешуей.