Беременная от моего друга

Номер у меня по-прежнему не сохранен, но я до сих пор его наизусть помню.

Я соскучился, Кудряш.

Раз за разом читаю короткие три слова, которые наполняют невыносимое утро особым, приятным теплом.

Глава 27.

Альбина.

Мы возвращаемся в город уже на следующий день. Я бы с радостью отдохнула в пансионате чуть дольше, наслаждаясь тишиной и спокойствием, но присутствующая здесь мама так и не дала мне поймать внутренний релакс своими советами и наставлениями.

— Знаешь сколько раз я с твоим отцом развестись хотела?

— Не знаю, мам.

— Сотни раз! Но каждый раз я смотрела на тебя и Стёпку и жалела вас.

— Думаешь стоило идти на такие жертвы?

— Ещё как, Аля. Ещё как.

Три года назад, когда не стало отца, а старший брат переехал жить заграницу, я стала для мамы единственной отрадой. В тот момент, погрязая в жалости к ней, я допустила то, что теперь имею — она клешнями вцепилась в мою личную жизнь, как и в детстве намереваясь её контролировать.

— Надеюсь, ты направляешься домой? — спрашивает мама, когда мы забираемся в салон такси.

Она явно клонит к тому, что мой дом находится в загородном особняке Романа. Дом, который так и не стал для меня родным. Но нет, в этот раз она не угадала. Ещё вчера я попросила домработницу привести мою квартиру в порядок к нашему с Викой приезду.

— К себе домой, мама.

Всю дорогу она намерено меня игнорирует, задаривая своим вниманием внучку. За то время, что мы провели вместе, она трижды назвала Вику сироткой при живых родителях.

— Я тоже люблю тебя, мама, — произношу, когда она захлопывает дверцу и направляется к собственному подъезду.

— Куда дальше? — равнодушным тоном спрашивает таксист.

— На Ленинградскую, пожалуйста.

Очутившись в своей квартире, я понимаю, как мне её не хватало всё это время. Она досталась мне в подарок от отца.

Я ставлю автолюльку на диван в гостиной, расстегиваю Вике комбинезон, снимаю шапку.