Право на отцовство

Чего греха таить, собираясь к нему в гости, она привела тело в порядок, в том числе и зону бикини. Правильно сделала.

Ей нечего было стесняться. И не хотелось.

Паше нравилось, что он видел. Мужчина склонился и поцеловал живот Тани. Та судорожно попыталась втянуть его в себя. Раньше удавалось. Но не сегодня. Сегодня небольшой животик остался. Едва заметный. Она так и не поняла, потому ли Паша целовал её живот, что внутри рос его ребенок, или по другой причине.

Кажется, по другой.

Потому что его губы спустились ниже.

Таня охнула, дернулась, но её никуда не выпустили. Пригвоздили рукой к матрасу.

Она жадно хапнула воздух. Возбуждение накатывало волнами. Чуть отступало и снова. И снова… С каждым разом всё сильнее, ярче. Паша добрался до лобка. Поцеловал его. Лизнул.

После чего откатился назад и принялся поспешно раздеваться, давая Татьяне передышку. Она повернулась набок, чтобы видеть его. Собственная нагота не смущала девушку.

Паша разделся, и она на некоторое время перехватила инициативу, распластав ладонь у него на груди.

Спереди тоже всё было отлично. Более чем. Начиная от негустой поросли на груди, светлой дорожки, устремляющейся к паху. И, собственно, к той части тела, что интересовала Таню. За взглядом последовала рука. Таня обхватила довольно крупный и красивый член Паши, провела рукой вверх и вниз, услышав, как мужчина протяжно втянул в себя воздух.

Дальше – смелее.

Таня встала на колени и, чтобы не мешались, перекинула на другую сторону волосы, час назад собранные в косу, а теперь совсем растрепавшиеся. А затем словно принялась отзеркаливать прикосновения Паши. Её губы касались груди мужчины, живота. Добрались и до члена. Обоняния коснулся приятный терпкий запах. Таня голодно сглотнула. И лизнула.

Рука Паши властно легла на затылок и надавила, недвусмысленно показывая, что он хочет.

Она ласкала Павла, получая удовольствие от столь интимной ласки. Паша – тоже. Он иногда приглушенно постанывал, запуская пальцы в её волосы.

– Повернись ко мне.