Баннерет

— Пошёл проводить внутреннюю дезинфекцию, — хмыкнул Вернон, толкнув в плечо здоровяка. Тот едва заметно поморщился от боли. Похоже, бард перестарался. Интересно, что он вообще такое сделал? Это иглы с ядом, спрятанные в рукава? Или секретная техника здешних суньхуйвчаев? Нет уж. Если негра в псевдоевропейском средневековье мой внутренний расист ещё пережил… Тем более его сожгли, как одержимого бесами, что, в общем-то вполне аутентично и с точки зрения местных — единственно верный выбор. Но вот узкоглазые были бы явным перебором.

— И кстати, никого я не насильничал, — вставил свои пять копеек бард, — Она чуть ли не сама меня потащила в постель, а ведь я хотел просто поговорить. Ну знаете, перекинуться парой слов. Сочинить балладу, воспевающую её красоту."

"— Да-да, знаем. Нассать ей в уши, что она та самая единственная, и что ты готов вытащить её из этой провинциальной дыры в столицу и ввести в высший цвет, — скучающим голосом добавила Айлин, — Молодые девушки очень падки на сказку про благородного рыцаря на белом коне, который в один прекрасный день прискачет в её края, влюбится в неё без памяти.

Это она ухватила самую суть. Право первой ночи… Да и вообще любой ночи, было конечно мифом. Но не думаю, что какой-нибудь рыцарь удовлетворился бы обычным отказом от понравившейся ему сельской девки.

— Да ничего я не балабол, — надулся Роберт, — Я, между прочим, сын барона и наследник земель. А это поважнее рыцаря будет.

— Ага. Мы уже поняли, — скривился я. Разговор о похождениях барда и алкоголизме здоровяка начинал уже откровенно надоедать.

— Значит так, ты, — я ткул пальцем в Роберта, — Ещё раз и…

— Я понял, — скривился бард.

— Это хорошо. Значит за целостность своего мужского естества можешь не переживать, — ухмыльнулся я и перевёл взгляд на Тура, — А ты… Прекрати бухать вместо работы. Нам, быть может, завтра в бой идти. И чем больше у нас будет щитов, тем больше жизней мы сможем сохранить. А ещё — не нужно показывать людям, что между нами могут быть распри.