Авторский выстрел

Такие упрямые всегда проигрывают.

– А наверху во сколько открывают?

– Вечером... Приходи ближе к ночи. Я сам с тобой сыграю.

– А ты кто? – наивно спросил волосатый, и борода его воинственно задралась.

– Я хозяин этого заведения.

– Тогда я это заведение у тебя сегодня ночью выиграю.

– Даже так? – усмехнулся Али. – Сильно крутой, что ли?

– Не обижаюсь.

– Залетный? Откуда?

Если крутой, то наверняка залетный. Ни один местный самый крутой не стал бы себя так вести.

– С Урала.

– Как тебя зовут?

– Виктор. Виктор Гагарин.

– Не сын, случайно, Юрия Алексеевича?

– Совершенно случайно – однофамилец...

– Ну, приходи... Только без гранатомета... Мне игроки нравятся...

Он поднялся к себе, посмеиваясь. Если этот парень из Екатеринбурга, то там крутых много. Они сначала стреляют, потом разбираться начинают. Беспредельщики. Но этот вроде по возрасту уже вышел из таких стрелков. Должен с умом дружить. И глаза умные, как у собаки. Ладно, пусть приходит. Все равно внизу охрана стоит. С оружием в игровой зал не пускают.

Али сел в мягкое кресло и закрыл глаза. Выигрыш поднял настроение и придал уверенность в собственных силах. И даже разговор с этим здоровяком настроение не испортил. Даже наоборот, чем-то позабавил, развеял подавленность, вызванную встречей с Русланом.

Скоро приехал Султан. Али встал при его приближении. В глазах настороженность. Азер не очень верит в доброту Али и понимает, что чечену можно без проблем найти другого покупателя.

Хитрость разрешилась быстро.

– Раствор героина, зараженный СПИДом. Расфасовка в бутылки из-под водки. Надо будет переливать во что-то. Потому и цена такая.

Султан почесал многократно сломанный нос.

– Ох и возни...

– Зато эффект хороший. Если у человека находят СПИД, он по тройной дозе принимает. Забыться хочет. Пока не откинется...

– Это я знаю. Но был бы в ампулах...

– Нет в ампулах.

– Сто десять... Так в последний раз было.

– Не видишь разницы? Или ты сам собираешься его расфасовывать?

– У меня сейчас с той большой партией заботы хватает. На целый месяц... Сбрось пятерку. Тогда я цыганам сбагрю. Пусть они разливают.

Али подумал, якобы считая. Он готов был сбросить десять тысяч еще раньше. Но если разговор пошел только о пятерке, то следует поломаться.

– Четыре я сбросить могу. Тогда только штуку себе оставляю.