Звезда Чёрного Дракона

Они сидели на лазурном диванчике перед окнами и смотрели на далекие огни столицы – Небесный дворец отлетел к лесам. Изредка целовались и разговаривали, просто наслаждаясь присутствием друг друга.

– Как Белль добилась разрешения его величества? – спросил Том, гладя Этель по волосам.

– Не знаю, – ответила она. – Правда. Для меня это что-то невероятное. Твоя сестра вообще удивительная. Вроде бы милая, а с огоньком.

– Моя сестра… Я был так на нее зол, когда на свадьбе брата услышал их разговор с принцем. Обиделся, как ребенок, – вздохнул Том с сожалением.

– То, что произошло на ее свадьбе, – ужасно. Как такое могло произойти?.. – сама у себя спросила Этель. – В такой день потеряла близкую подругу. И ей пришлось вести себя так, словно ничего не произошло. Я восхищаюсь твоей сестрой. Правда. Только не говори ей, ладно?

Том кивнул в ответ.

– Знаешь, на нашей свадьбе никого не будет, – вдруг сказала принцесса. – Ты, я и жрец.

– А ты уже думаешь о нашей свадьбе? – удивленно спросил Том.

– Я мыслю стратегически. Наперед.

С этими словами Этель снова поцеловала его со всей той нежностью, на которую только была способна.

Глава 61

Несколько дней я провела на море. И поняла одну важную вещь – боль сильнее страха. Когда ты плачешь по кому-то, то он отступает. Потому что боль от утраты – это свет, а страх перед чем-то, пусть даже перед собственной смертью – это тьма.

Когда говорят, что свет побеждает тьму, кажется, будто бы это банальное утверждение, старое, как сам мир.

Боль сильнее страха.

Свет победит тьму.

Ночь не может быть вечной – вечна лишь та искра внутри, которая незримо горит в каждом из нас. И память – память тоже вечная.

Я побывала на похоронах Элли в ее родном городке в восточной провинции – прибыла вместе с Дэйрил, чтобы проводить ее. Она привезла некоторые вещи Элли, чтобы отдать их родителям, и ее мать повторяла все время: «Это все академия проклятущая виновата.

А я не могла сказать убитой горем женщине, что это я виновата, а не академия магии.

Эта вина угнетала меня, и единственное, чем я могла себя утешить – так же, как Элли пожертвовала собой ради меня, я пожертвую собой перед другими, в том числе, и перед ее семьей.