Аномалия (СИ)

– Я тоже не умею готовить, – неожиданно произносит она. – Нет, ну сейчас, конечно, умею, но редко это делаю. Никогда не ставила себе целью быть кухаркой и уборщицей. Зачем, если есть муж, с которым готовку можно поделить поровну или заказать готовую еду, если мы работает вдвоем? С уборкой сложнее, я посторонних в доме не терплю. Никто кроме нас не уберет. Приходится убирать, даже если лень. Мужчины вообще не ценят то, что им дают, и считают как само собой разумеющееся. А готовку, стирку и уборку они так и воспринимают.

– Звучит здорово, но я даже пиццу не могу приготовить. А борщ и колдуны, которые он любит, последние, кстати, не доставляют ни в одной доставке – и подавно.

– Борщ – это тяжело. Раз на раз не выходит.

– Это все, что вы мне скажете?

– А что ты ждала?

– Чего-то не очень хорошего. Особенно после того, как на дереве назвала вашего сына скотиной.

– Справедливости ради, он та еще скотина, – усмехаясь произносит она. – Хорошая, любимая, но скотинушка. Не переживай. Я не из тех мамашек, которые контролируют своих детей и их выбор. Главное, как говорит Саша, чтобы его половинкой был не мужик, все остальное поправимо.

А не такой уж и ужасный день. Наклюкались мы вчетвером знатно. Да так, что пришлось провожать родителей к дороге в санаторий.

– Приятно было познакомиться, – почти не заплетающимся языком произношу я, опираясь на Сережу.

– Очень. Очень приятно. Ждем свадьбу в деребре. Декабре, – смеясь произносит Потапов старший.

– Передавайте привет Марии.

– Надеюсь, моя теща отошла в мир иной, пока нас не было.

– Саша!

– Надежда умирает последней. До встречи, молодежь.

– Смотри под ноги, пьянь.

Возвращаться обратно в лес оказалось тем еще квестом. Развезло меня конкретно на полпути.

– Понеси меня на ручках.

– Овраг рядом.

– Ой, да, это опасно. Надо же еще успеть тебя окольцевать.

– А потом можно умирать?

– Видел? – тычу ему фигу, на что оба ржем как лошади. – Тебе звонят, – перевожу взгляд на вибрирующий мобильник.

– Мама.

– Бери трубку.

– Да, мама. Ты уже соскучилась?"

"– Сейчас был очень истошный крик.