Звездная пыль

Шалаймах дернула жертву на себя, но та, вместо того, чтобы упасть, взмахнула рукой. В воздухе сверкнула сталь, и меч одним взмахом перерубил копну густых волос. Нагиня такого поворота событий не ожидала. Шалаймах не удержала равновесия и упала на землю, сжимая в руке отрезанные волосы. В следующее мгновенье катана оказалась уже у горла нагини.

— Ты хххоть понимаешшшшшшь на кого подняла руку? — Зашипела Шалаймах. Но подняться не рискнула. Слишком спокойно и уверенно вела себя предполагаемая жертва.

Мы с драконом напряглись.

Нагиня принадлежала влиятельному клану. И за такой поступок Леру могли просто казнить. Без разбирательств. А мы, как два беспомощных червя ничего не могли сделать. Оставалось только надеяться, что Сурин уговорит Шалаймах не распространяться об инциденте. Но ответ Леры поразил.

— На ту, которую могу казнить за нападение. И поверь, — самка присела на корточки, а ее паук так и не оторвался от своего занятия, — после этого меня не только не осудит ни один суд галактики, но еще и весь твой клан окажется у меня в рабстве за твой опрометчивый поступок.

Нагиня не поверила ни одному ее слову. Понял по глазам. Но рисковать шкурой не стала. Решила затаиться и отомстить позже. В этот же миг на поляне появились взволнованные Бадран и Сурин.

Валерия

Стычка с нагиней окончательно испортила настроение. Вот что я ей сделала? Казалось бы, должна была радоваться, что осталась жива. Так нет. Бадран и Сурин еще так не вовремя решили вернуться. Вот что теперь им сказать, когда к горлу их подруги приставлен меч? Я злилась.

На себя. На глупую змею. На Альтара. На Маркуса. Даже на того нага, который прятал за своей спиной женщину. На всех. Особенно на нага. Почему-то именно он все чаще посещал мои мысли. Бррр. Наверное, это больная горячка. Нужно скорее выбираться из этого леса. А еще волосы было жаль. Хотя, не зубы. Отрастут.

Наг с Арахнидом молча смотрели на меня. Понять, о чем они в этот момент думали было невозможно. Убрала катану и молча вернулась к своим делам. Разговора с ними хотелось избежать.

К счастью, приставать с расспросами никто не стал, и я молча продолжила заниматься то ли поздним завтраком, то ли поздним обедом. Змея пыталась еще что-то шипеть. Но уже вдалеке.

Бадран вручил мне в руки какую-то птицу и ушел к раненным друзьям. Сурин последовал за ним. Я осмотрела добычу и нарекла ее курицей, не смотря на крупный размер (ближе к гусю) и цветастую раскраску. Мясо птицы было сварено и разделено на несколько порций.