Звездная пыль

Матреха не то чтобы поверил, но шипеть перестал. — Лера, я хотел перед тобой извиниться и попросить разрешение, начать ухаживать.

Вот тут дело попахивало каким-то не самым интересным кино. И что значит, попросить разрешение?

— Мне казалось, что Вы об этом просили моего мужа?

— Наг еще тебе не муж. — Маркус красноречиво взглянул на мою руку. Ах, да, браслет. Я так и не сняла с Асшариха браслет.

— Это лишь формальность. — Ребра сдавило с такой силой, что я с трудом сдержалась, чтобы не закричать и не согнуться пополам.

Маркус подозрительно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Стал рядом, и посмотрел в окно.

— Я думаю, его высочество его высочество не станет возражать. Союз нагов и каранитов крайне выгоден обеим империям. Но, в любом случае, я приму любое твое решение.

Брак с каранитом я вообще не рассматривала как что-то возможное. Но, слова о том, что он может быть выгоден нагам, меня несколько напрягли. В моей жизни никогда не было места большой политики.

"— Его высочество Вам о своем решении сообщит лично.

Мой ответ Маркусу не понравился. В другой ситуации, я бы подобрала более красивые слова. Но сейчас, мне было так больно, что хотелось скорее избавиться от любого общества.

— Надеюсь, мы увидимся за ужином.

Асшарих появился рядом сразу, как только Маркус отошел в сторону. Вместо ног появился огромный черный хвост. Он уже не внушал мне праведный ужас.

— Лера, что происходит?

Он встал так, чтобы меня никто не видел и не слышал. В этот момент ожил Валера.

«Диагностика завершена. Укрепление мышечной и костной тканей происходит в соответствии с протоколом. Угроз жизни или здоровью организма нет»

«Когда это закончится?»

«По моим расчетам, процесс займет еще около двух часов».

— Все хорошо. Процесс укрепления мышечных и костных тканей займет еще два часа. — На автомате повторила то, что мне сказал Валера. Асшарих после этих слов выглядел немного растерянным.

— Ты уверена?

— Да. Наверное.

— Лера, — наг осторожно, прижал меня к себе, — никто об этом не должен сейчас знать. Поняла? — Говорить не могла. Только кивнула. — Ничего опасного с тобой не происходит.