Зов глубины

Вон он, Тим – стройный и мускулистый, стоит, без усилия сохраняя равновесие. Доктор наук Тим Ройтер. И вид у него вовсе не разочарованный, как у Элларда и Коваляйнена: наоборот, увидев приёмного сына, он весь просиял. Тим всегда открыто выражал радость, и сейчас Леон был ему за это особенно благодарен.

– О, да ты ещё вырос! – Тим крепко обнял Леона. – Такими темпами скоро перестанешь помещаться в батискаф – и что тогда?

– Обойдусь без дурацких подлодок – буду просто выныривать на поверхность, – с улыбкой ответил Леон, осторожно поставив на палубу сумку с окси-скином.

Исследовательский корабль «Фетида» большой – сто с лишним метров в длину. На рабочей палубе, где и так было тесно из-за двух подъёмных кранов, громоздилось оборудование. Рядом с Леоном стоял глубоководный посадочный аппарат – шестиметровый металлический каркас, оснащённый измерительными приборами и устройствами для взятия проб. Этот аппарат опускают в море и устанавливают на сваях на дне, где он производит измерения на глубине нескольких тысяч метров, пока центр управления не подаст сигнал подниматься на поверхность.

Тим проследил взгляд Леона:

– Как видишь, мы серьёзно относимся к происходящему на Гавайях. Сейчас опустим в каньон Кохала глубоководный аппарат и попробуем разобраться в причинах аномалии. Давай отнесём твои вещи в каюту, а потом позаботишься о Люси. Как она?

Леон кивнул и мысленно связался с Люси. Она благополучно пролезла в шлюз и теперь дожидалась его в недрах корабля.

– Она давно не была на корабле, и ей не по себе. – Но Леон хотел поговорить с Тимом не только о Люси. – Когда мне к Фабьенн Роджерс? – спросил он.

Они поднимались по лестнице на палубу первого яруса, где располагались каюты учёных. Тяжело вздохнув, Тим повернулся к нему и с отсутствующим видом пригладил короткие светлые волосы:

– Уже через час. Леон, какого чёрта ты нарушил распоряжение Коваляйнена?! Запрет на ныряние не произвол, а разумная мера предосторожности.

– Да, – неохотно признал Леон и обрадовался, увидев, что они с Тимом будут жить в одной каюте. Верхнюю койку уже занял Тим, поэтому Леон бросил свои вещи на нижнюю. Он не знал, сумеет ли здесь заснуть: весь корабль вибрировал, трещал и переваливался с боку на бок, покачиваясь на волнах.