Зов глубины

– Это довольно личный вопрос… – попыталась уйти от ответа Карима, но потом всё-таки призналась: – Можно сказать и так.

– Поздравляю! – Билли широко улыбнулась. – Очень рада за вас. Леон – настоящее сокровище. Так какая помощь ему нужна? – Когда Карима рассказала, как Леона похитили, Билли посерьёзнела и слушала уже не перебивая. – Ничего себе! На «Фетиде» его нет: я это знаю, потому что вчера вечером мы ещё были там. Вертолёт сделал короткую посадку, взял кого-то на борт и тут же улетел. Если бы я знала, что там Леон!

– Но куда они полетели потом?! – простонала Карима, медленно опускаясь на палубу «Милой Люси».

Билли села рядом с ней, и они стали вместе смотреть на закат, превративший волны в расплавленную медь.

– Может, на материк? – неуверенно предположила Билли. – Хотя, пожалуй, поостерегутся: на суше слишком много свидетелей.

– Может, его отвезли на какую-нибудь подводную станцию? «Бентос II»?

Билли покачала головой:

– «Бентос II» по-прежнему закрыт – на запуск систем жизнеобеспечения уйдут сутки.

– Что? Ещё одну станцию?

– Что-то типа того, – задумчиво ответила Билли. – Шола не могла её точно описать, но, думаю, это дрейфующая станция для надводных и подводных исследований. Наверное, о ней никто – или почти никто – не знает. Хорошее место, чтобы спрятать пленника.

– Дрейфующая станция! – Карима попыталась её себе представить, но получилось не очень. – Если он действительно там… Как мы туда попадём? А главное – как заставить ARAC отпустить Леона?

– Понятия не имею, – пожала плечами Билли.

Пригрозить… У Каримы возникла идея. Но сначала она рассказала Билли всё, что Леон выяснил о секретных проектах ARAC. О стволовых клетках. Горячих источниках. Когда Карима закончила, Билли потрясённо покачала головой:"

"– А я и не подозревала… Никто из нас даже не догадывался… Вот это да!

Оставив Билли переваривать услышанное, Карима спустилась в каюту «Милой Люси» и начала рыться в барахле.

– Что ты там делаешь?

– Можно взять? – спросила Карима, показав ему несколько картонных тубусов, тюбик герметика, потрёпанный моток серебристого скотча и старый шнурок.

– Бери, бери, – пробурчал Симмондс и снова захрапел.