Зов глубины

Карима ослепительно улыбнулась в ответ, порадовавшись, что Хоуп предложил отправиться с ней – и что он не взял с собой паука-птицееда.

– Кого вы ищете? – пробурчал Симмондс.

– Друга, – с присущей ему мягкостью ответил Хоуп. – Его зовут Леон. Его похитил ARAC.

Симмондс вскинул брови:

– Леона? Дайвера? Как же, знаю. Сначала облевал мне всю палубу, а потом прикинулся, будто у него весть от Люси. Парень мне понравился, но дурачить себя я не позволю. Я вышвырнул его в море. Там, где ему самое место, – у вас.

Карима уже не слушала.

– Люси! – взвизгнула она и бросилась к борту. – Если мы отправимся искать Леона, надо обязательно взять с собой Люси!

Все присутствующие с недоумением уставились на неё. Карима торопливо объяснила, кто такая Люси, и у капитана судна чуть глаза из орбит не выпали:

– Осьминог?! Ты серьёзно, девочка?!

– Да, но я не знаю, где она. – Карима беспомощно уставилась на море: глубина здесь не менее двадцати метров, а вода далеко не такая прозрачная, как у побережья Коны – дна не видно.

«Люси, где ты? – беспомощно подумала она, глядя на воду. – Ты нам нужна. Леону без тебя не обойтись».

Вдруг Карима ощутила чьё-то прикосновение, словно кто-то погладил её по руке кончиками пальцев. Но повернув голову, она никого не увидела: Хоуп стоял в двух с лишним метрах от неё, а кот восседал на крыше рубки.

Посмотрев за борт, Хоуп издал удивлённо-испуганное восклицание.

– Вон там! – прохрипел он.

Теперь Карима тоже заметила в воде большое тёмное тело и щупальца с присосками, осторожно ощупывающие корпус судна.

– Это она? Как у тебя получилось? – спросил Хоуп, но Карима лишь пожала плечами: она и сама не знала. Не важно. Теперь можно отправляться. Если, конечно, этот странный капитан сумеет отвести взгляд от Люси: она его будто загипнотизировала.

– Куда… э… направимся? – спросил сбитый с толку Симмондс.

Карима с Хоупом переглянулись. У честного, открытого Хоупа все эмоции были написаны на лице – сейчас на нём читалась растерянность.

– У тебя тоже нет предположений, куда его могли отвезти?

Карима, скривившись, покачала головой, пытаясь вспомнить, что ей рассказывал Леон. Откуда-то в памяти всплыло одно-единственное слово – Лоихи.