Злодейский путь!.. [том 9]

Вчера он убил человека. Уничтожил чужую душу. И позволил себе спрятаться от последствий в чужих объятиях.

И даже выспался!

Шен откинул одеяло и с мрачным видом сел на кровати. Все произошедшее ночью казалось сном, мозг вытеснил из памяти яркость моментов. Хозяин Проклятого пика поднял к глазам свою левую руку. От ранок на ней остались неяркие шрамы. Вскоре они исчезнут окончательно.

Лучше бы произошедшее было сном.

Шен выдохнул, казалось, вытолкнув весь воздух из легких, затем вдохнул, сел в позу для медитации и закрыл глаза.

В таком положении его и застал Муан, вернувшийся с утренней тренировки. Мечнику очень хотелось начать разговор с вопросов «Все в порядке?» и «Что вчера произошло?». Но будь он проклят, если позволит себе это. Если какой-то из этих вопросов вырвется — он откусит себе язык, он почти всерьез пообещал это самому себе.

Муан остановился у кушетки и какое-то время молча наблюдал за медитирующим Шеном. Нужно было лишь немного сосредоточиться, чтобы ощутить мурашки чужой энергии, волнами прокатывающиеся по коже.

Спустя какое-то время Шен открыл глаза, без удивление посмотрел на него и спустил ноги с кровати.

— Ты…

Шен отвел взгляд.

Муан остановился, пытаясь подобрать слова, словно стараясь не спугнуть испуганного зверька. Кстати о зверьках…

— Тигренок, которого ты вчера нашел… — начал Муан и с удовлетворением увидел, как Шен резко встрепенулся и вскинул на него взгляд. — Ю Си сказал, что ему не хуже.

Несколько мгновений Шен осмысливал его слова, нахмурив лоб.

— Не хуже? — переспросил он.

— Он так сказал, — подтвердил Муан. — Тигренок пережил эту ночь.

Облегчение, охватившее старейшину пика Черного лотоса, можно было практически пить как воду.

— Скажешь, что вчера случилось? — увидев, что защита чуть спала, все же не сдержался Муан.

Шен резко нахмурился. Вместо прямого ответа на заданный вопрос, он отвернулся и заявил:

— Я, хм… просил тебя оставить меня одного, вообще-то.

На это можно было бы даже обидеться, если б претензия не звучала так нелепо.

— Это моя вина, — покаянно произнес Муан, потирая затылок. И, добивая, добавил: — Ты сказал уйти, но я услышал: «Не оставляй меня».

Вообще-то, Шен собирался грустить и убиваться, но Муан умело портил атмосферу уныния. Не сдержавшись, он вновь перевел на мечника взгляд, в котором засветились озорные золотые сполохи.