Злодейский путь!.. [том 9]

Несмотря на все отрицания и Ала, и Аннис, Шен все же не мог полностью отказаться от мысли, что в конечном итоге главному герою и главной героине суждено быть вместе.

— Вы так и будете стоять здесь? — не выдержал Шен, обернувшись к Алу и Муану.

Те слаженно вздрогнули и столь же слаженно поспешили покинуть помещение, столкнувшись в дверях плечами. Ал до последнего не желал проигрывать этот бой, поэтому, когда они все же выскочили за дверь, Шен был уверен, что «битва» продолжилась в соседней комнате.

Он без спешки переоделся, ощущая удовлетворение и уверенность от облачения в свои привычные багряные одежды.

За неимением зеркала он вытянул руки вперед, поглядел на бледные кисти, и улыбка сошла с его лица. Перед глазами вновь возникла кровь, запачкавшая его руки, и весь его багряный наряд показался насмешкой. Вместо того, чтобы бежать от напоминания о содеянном, он словно обтекал кровью с головы до ног.

Он на самом деле убийца. Бессмысленно рядиться в белое.

Тряхнув головой, Шен вышел из комнаты, предвкушая занимательное зрелище на кухне.

Глава 206. Воздушное погребение

Шен зашел на кухню и остановился, оценивая обстановку. Все и так замерли, словно подвергшись проклятью оцепенения, так что он стал гармоничным дополнением общей картины.

Центральными персонажами сцены были Муан и существо из кинжала. Прославленный мечник направил на того острие меча, кинжальный «страж усыпальницы» же с уморительно-невинным выражением лица сидел за столом рядом с полной миской лука. При этом, конечно, едкий аромат совсем не выедал его глаза.

Ал замер чуть сбоку от Муана, настороженно поглядывая на обоих, но не обнажая меча. В дверях, ведущих на улицу, застыла, руки в боки, Чи Лули, и грозно смотрела на «дяденьку из кинжала». Тот перехватил ее взгляд и сделал еще более невинное выражение лица.

Шен на мгновение малодушно подумал, что тут и без него разберутся, но усилием воли все же заставил выступить себя вперед.

— Сынок, лук будешь? — оглядываясь на миску, радушно предложил дяденька.

— Я. Тебе. Не. Сынок, — раздельно, сквозь зубы и очень зло проговорил Муан.

Бывший страж усыпальницы с недоумением уставился на него.

— Но ты ведь сам сказал, что я — твой отец!

— Ты не Муан Хэн!

— Разве?

Шен поспешил вмешаться, пока прославленный мечник еще был способен себя контролировать. Очевидно, это не могло продлиться долго, если бы диалог продолжился в том же духе.

— Я знаю, кто он! — подняв руки вверх и разведя в стороны, словно озаряя всех светом знаний, воскликнул Шен.