Зимние костры

Куда подевалась гнетущая унылая атмосфера, царившая в доме всего две недели назад?!

Бренна замялась, увидев, что они подходят к покоям Гаррика, но тот втолкнул ее внутрь и закрыл дверь. Девушка круто развернулась, подбоченившись, яростно сверкая глазами:.

— Так ты обманул меня, викинг? С какой целью ты привел меня сюда, позволь спросить?

— Об этом мы и поведем разговор. Беседа будет долгой, и, зная твою нелюбовь к сквознякам, я выбрал эту комнату, потому что она самая теплая в доме.

— Как предусмотрительно с твоей стороны, — саркастически пробормотала она.

Но спальня и в самом деле оказалась уютной. В очаге полыхал огонь. Бренна заметила, что и здесь все изменилось. Два одинаковых ковра с сине-золотым узором закрывали холодный пол. Стены украшали два огромных гобелена. Один изображал крестьян, трудившихся в поле под ослепительно голубым небом, другой — влюбленных на ярко-желтом фоне. В углу стоял диван без спинки, на ножках в виде львиных лап, покрытый дорогой синей с белым парчой.

Бренна с удивлением взирала на богатую обстановку, прежде чем решилась спросить:

— Ну а теперь, может, скажешь, зачем я здесь? И почему ты пришел за мной, как вор, тайно?

Гаррик пожал плечами и подошел к маленькому столу, где рядом с тарелкой сыра лежал мех с вином.

— Не знал, в каком ты настроении, поэтому не хотел рисковать очередным скандалом. Кроме того, боялся, что ты невзначай разбудишь женщин. Нет смысла лишать их отдыха лишь потому, что нам необходимо кое-что уладить.

Бренна негодующе застыла:

— По-моему, мы все уладили.

— Мы ни о чем не договорились, госпожа.

— Но я же работаю на конюшне! — почти вскрикнула Бренна. — И содержу себя! Чего же еще ты хочешь от меня?!

Гаррик подошел к стоявшему у стены большому сундуку, вынул оттуда серую шелковую мантию, красиво отделанную белым мехом, и, подойдя к Бренне, остановился так близко, что та была вынуждена откинуть голову, чтобы взглянуть на него."

"— Да, ты работала, с радостью, но не так, как хотел я.

— Но больше этого не будет.

— Да?

Губы викинга скривились в ледяной усмешке:

— Мы начнем заново. Ты будешь выполнять домашнюю работу наравне с остальными женщинами и первым делом возьмешь это, — заявил он, вручая Бренне мантию. — На рукаве, подмышкой, немного разорвано.