Зимние костры

Она действительно была глубоко благодарна хозяйке дома за то, что та старается успокоить ее и дать время освоиться.

— Да, дитя мое, оно и в самом деле прекрасно подходит тебе, — улыбнулась Элоиза.

— Ты очень добра.

— Нет, я говорю правду. И готова, в свою очередь, поблагодарить тебя, Бренна.

— Но я ничем не заслужила твою благодарность. Элоиза посмотрела в сторону Гаррика, стоявшего рядом с отцом, и дружески сжала руку Бренны.

— Я давно уже не видела сына столь веселым и в таком хорошем настроении. Именно за это я и должна сказать тебе «спасибо».

Бренна снова вспыхнула:

— Ты ошибаешься.

— Вряд ли. Я прекрасно знаю, что он не хотел пасть жертвой твоих чар и сопротивлялся, как мог, но борьба была напрасной. Неужели ты сама не замечаешь разницы?

Бренна медленно кивнула, стараясь не встречаться взглядом с Элоизой. Она не могла заставить себя согласиться с женщиной, однако эти странные слова, как ни удивительно, согрели сердце и душу. Неужели причина разительной перемены в Гаррике со времени ее болезни — она, Бренна? Неужели он действительно влюбился в нее?

Но Бренна боялась даже думать о чем-то подобном и поэтому поспешно сменила тему:

— А где моя тетя? Могу я увидеться с ней?

— Конечно.

Бренна тоже поднялась, как раз в тот момент, когда подошла Линнет. Уход Элоизы остался незамеченным. Бренна видела только тетку, и, когда они обнялись, по щекам девушки потекли слезы. Все, что пришлось вынести Бренне за эти месяцы, нахлынуло на нее.

Они уселись за стол, и Бренна никак не хотела отпустить руку Линнет. Она критически оглядела тетку, заметив, что та по-прежнему выглядит моложе своих лет. Голубые глаза сверкали живо и молодо.

— Тебе тут не очень плохо, тетя?

— Элоиза приняла меня как родную, — весело объяснила Линнет. — Да, моя жизнь просто великолепна!

— Как хорошо! Я так беспокоилась, но Гаррик до сих пор не разрешал мне повидаться с тобой.

— Он очень ревниво относится к тебе, старается не выпускать из виду. Я много слышала о тебе от Элоизы и знаю, что вначале ты была ужасно упрямой, как, впрочем, я и думала. И о твоем побеге знаю и о том, как ты едва не умерла. Я места себе не находила от тревоги! Но, слава Богу, вижу тебя здоровой, красивой и окруженной почетом.

— Почетом?

— Ты здесь гостья, а не рабыня Гаррика. Да, он оказал тебе большую честь.