Зимние костры

Ах, если бы только Ярмилла с самого начала поняла, какую угрозу представляет новая рабыня, то наверняка бы нашла способ избавиться от нее еще до приезда Гаррика. Но она была так уверена, что он отвергнет девушку, как, впрочем, и всех остальных женщин. Однако желания тех, кто умеет ждать, всегда исполняются, а ждать Ярмилле долго не придется…

Войдя в комнату Гаррика, Эрин застал его стоявшим у постели. Викинг, казалось, состарился за эти несколько часов на десять лети выглядел несчастным, измученным и потерявшим все человеком.

— Если бы я только мог повернуть время вспять, все было бы по-другому, Бренна, — глухо бормотал Гаррик. — Никогда не прощу себя за это.

Эрин встал рядом с ним, встревоженно глядя на лежащую без сознания девушку.

— Она не слышит тебя, парень.

— Но когда я вошел, она что-то говорила, вернее, лепетала, совсем как ребенок.

— Да, скорее всего вспоминает прошлое. Я видел и раньше такой глубокий сон: это дьяволы населяют ум человека и забавляются, причиняя ему страдания.

Для некоторых это всего лишь забытье, для других — адские муки, от которых единственное избавление — смерть, и они зовут и приветствуют ее приход."

"— Она не может умереть!

— Значит, ты любишь девушку, Гаррик?

— Любовь? Любовь для дураков! — рассерженно вскинулся викинг. — Никогда и никого не полюблю вновь!

— Тогда не все ли тебе равно, выживет девушка или умрет, если она для тебя всего-навсего еще одна рабыня? — мудро осведомился Эрин.

— Нет, не все равно, — выдавил Гаррик, внезапно обмякнув, словно ярость и гнев покинули его, оставив лишь опустошение и тоску. — Кроме того, она слишком упряма, чтобы умереть.

— Остается молиться, чтобы ты оказался прав, парень, — вздохнул Эрин. — Что же касается меня, думаю, Ярмилла нагло врет. Господь всегда помогает страждущим и невинным.

Бренна сидела на коленях у отца, стискивая крошечной ручкой новый меч, украшенный сверкающими драгоценными камнями.

— Я не забыла поблагодарить тебя, отец? О папа, огромное, огромное спасибо! Мой собственный меч, сделанный специально для меня! Лучшего подарка я не могла бы пожелать!

— Ни красивого платья, ни драгоценного украшения? А твоя мать любила такие вещи.

— Это хорошо для девчонок! — Бренна скорчила пренебрежительную гримаску. — Они глупые и вечно хнычут! Я никогда не плачу!

Элейн толкнула Бренну в дымящуюся лохань. Вода оказалась обжигающе горячей, пар наполнял комнату, превращаясь в белый туман.