Зимние костры

— И ты тоже, — пробормотала она в ответ, запутавшись пальцами в его белокурых волнистых волосах.

— Моя кельтская красавица, — простонал он, проводя ладонью по ее гладкому животу.

Бренна сразу ослабела, хотя и пыталась сопротивляться. Острые ногти впились в его плечи, но Гаррик стоически вынес боль и, вместо того чтобы стиснуть ее руки, поцеловал, безумным, опьяняющим поцелуем, словно океанской волной унесшим остатки ее воли.

Во всем мире остался лишь Гаррик, его томительные поцелуи, ненасытные ласки, тяжесть горячего тела.

Она, не переставая, повторяла его имя, пока он врывался в нее вновь и вновь, прижимая к себе, словно желая слиться навеки. Бренна исступленно целовала его горло, щеки, губы. Потом весь мир сосредоточился в лоне. Бренну подхватило и понесло куда-то ввысь, туда, где не существовало ничего, кроме ослепительного наслаждения."

"Опьяненная вином и насытившаяся ласками, Бренна мгновенно заснула и даже не шевельнулась, когда Гаррик осторожно отодвинулся, чтобы достать одеяло. Укрыв ее и себя, он повернулся на живот и, приподнявшись на локтях, задумчиво, с необычайной нежностью смотрел в прекрасное спокойное лицо.

Глава 25

Из глубин сна Бренну вывел дикий шум. Увидев, что Гаррика в комнате нет, девушка спрыгнула с кровати, схватила первую попавшуюся под руку вещь — шелковую тунику Гаррика и, надев на ходу, бросилась из комнаты. Туника едва доходила ей до колен, но Бренна была слишком обеспокоенна, чтобы думать об этом.

Слетев по ступенькам вниз, она спряталась в тени и со всевозрастающей тревогой наблюдала за разворачивающимися событиями. Оба длинных стола были перевернуты, скамьи разбиты, большие кувшины с медовухой опрокинуты на пол вместе с остатками завтрака.

Бренна в отчаянии оглядела зал. Несколько мужчин, мертвых или без сознания, валялись на полу. Некоторые развлекались кулачным боем, остальные бились мечами или топорами. О небо! Как могла такая кровавая ссора произойти в столь ранний час? Господи, милостивый, где же Гаррик?!

Наконец ей удалось заметить Хьюга, сидевшего на скамейке у стены.

Взгляд девушки был неотрывно прикован к кровавым пятнам, окрасившим его светло-коричневую тунику и штаны.

Бренну охватил такой страх, что, забыв обо всем, она бросилась к нему.