Женаты против воли

Ведь взрослый мужчина, сильный, опытный воин, а ведет себя как девица.

Кай обернулся ко мне и оскалился.

— Что ты сказала?

— Что слышал.

— Думаешь, то, что ты лежишь в постели и изображаешь из себя жертву, остановит меня? Давно надо было преподать тебе урок, — выдал Кай, сжав кулаки и шагнув вперед.

— А давно ты стал таким смелым? — спокойно спросила я.

— Кай! Айрин! Прекратите оба! — вскричала матушка, вставая между нами. — Кай, хватит, она же твоя сестра. Айрин едва не погибла. Ее надо пожалеть.

Брат лишь фыркнул на это заявление, но руки в карман убрал и отвернулся к окну.

— Айрин, Кай мужчина и старше тебя. Нельзя так разговаривать! Прояви уважение, — принялась отчитывать меня матушка. — Все мы в шоке от происходящего. Но вместо того, чтобы ссориться, должны объединиться. Мы же одна семья. Вы меня поняли?

— Да, — нехотя отозвалась я.

А Кай лишь кивнул, продолжая стоять у окна.

— Я знаю, что поступила глупо, что не должна была этого делать. Но у меня не было выбора.

— Выбор есть всегда.

Мама тут же бросилась ко мне.

— Милая, прости его. Кай любит тебя, но он боится, что произошедшее расстроит его свадьбу.

— Только этого не хватало, — простонала я, откидываясь на подушки. — Питер никогда не станет отменять свадьбу сестры из-за меня.

— Не Питер принимает решение, — покачала головой мама.

На шестой день я смогла встать с постели, одеться и даже выйти на балкон, чтобы подышать свежим воздухом и полюбоваться красивым видом.

***

Там меня и нашел дядя.

— Вижу, тебе лучше.

Я тут же вскочила со своего места и склонила голову.

— Приветствую вас, глава.

Голова от резкого подъема закружилась, ноги дрожали, а спина ныла от напряжения, но я продолжала стоять и ждать разрешения.

— Смирение изображаешь, Айрин? С каких это пор?

Я молчала и старалась не двигаться.

— Почему Хоторн тебя спас?

Не этого вопроса я ожидала.

— Н-не знаю, — пробормотала в ответ и рискнула поднять взгляд.

Финне Монрей стоял передо мной, сложив руки за спиной. Высокий, статный, грозный.

И в глубине его светло-карих глаз я не видела ничего. Лишь пустоту, от которой кожа покрылась неприятными липкими мурашками.

— Знаешь, Айрин, знаешь.

— Нет, — совершенно искренне ответила я и выпрямилась. — Для меня это загадка. Почему и что он сделал, чтобы спасти меня.