Жена поневоле

Я смотрела на артефактора в мольбе, чтобы он произнес заветное «нет». Сложилось впечатление, что я подошла к краю той самой пропасти, о которой говорил герцог Элджертон. Внутри все замерло и похолодело от страха, а сердце тем временем отбивало барабанную дробь. Про себя же, не переставая, твердила: «Пожалуйста-пожалуйста, Дамиан, только не это!», надеясь, что это каким-то образом спасет меня от беды. Но по глазам, в которых появилось что-то наподобие вины, поняла, что не услышу желаемое.

– Да, – ответ артефактора прозвучал тихо, а мне показалось, что прогремел взрыв, потревоживший ночную тишину.

Сердце сжалось от боли, а затем внезапно замерло. Я перестала его чувствовать, словно кто-то вырвал сердце из груди, оставив на его месте зияющую пустоту. Тот, кому собиралась бездумно довериться, собственноручно столкнул меня в бездну. Перед глазами все поплыло. Единственный вопрос «зачем» так и не сорвался с моих губ. Неужели я все это заслужила? – Оливия, прошу тебя, выслушай… – схватил меня за запястье Дамиан в тот момент, когда я на ватных ногах повернулась к нему спиной. В ушах гудело, но на мгновение мне показалось, что в его голосе послышалась боль и раскаяние в содеянном.

– Мистер Элвингтон, оставьте мою жену в покое! – требовательно проговорил Ральф, вставая между мной и Главой Палаты.

– Мне известно о том, что Ее светлость приходится Вам женой лишь на бумаге. Пусть даже Вы и не отпустите ее спустя месяц, но пройдет год, и она станет свободной. Тогда Вы не властны будете что-либо сделать, – холодным тоном отозвался Дамиан.

– Не лезь не в свое дело! – неожиданно резким голосом произнес Ральф.

– Если бы оно было не моим, то не стал бы! Я не собираюсь сдаваться и не позволю тебе причинить ей боль. Она изрядно из-за тебя настрадалась! – со злостью проговорил зеленоглазый артефактор.

– И что же ты предпримешь? – язвительно рассмеялся Ральф.

– Поверьте, герцог Альбертсон, что-нибудь непременно придумаю. Я нашел в себе силы сознаться в содеянном, а у Вас их хватит, Ваша светлость? – я напрягла слух, пытаясь вникнуть в суть разговора.

Внезапно Дамиан замолчал, и они оба повернули головы в сторону, откуда доносились едва слышимые шорохи, словно к нам кто-кто подкрадывался. Вскоре из темноты показались две мужские фигуры: герцог Элджертон в сопровождении графа Пэнингема.

– Так-так-так! Похоже, милорд, мы пропустили с Вами все самое интересное. Как жаль! А ведь эта ночь обещала стать незабываемой! – я заметила, что бледность его лица усилилась.