Жена по праву. книга 2 (СИ)

— я могу обвинить Эскорта и отдать его правосудию, но главного, чего я боюсь, это не изменит.

Они приговорят тебя, Лера, —хрипло произнёс Роберт, взяв в ладони моё лицо. — Потому что твоё тело умирает, и Валери в нём страдает.

Наш разговор прервал шорох тяжёлых одежд. В конце длинной галереи замаячила процессия магов во главе с Гилмором. В свите архимага шагал и нагло ухмылялся Эскорт.

Вот кого тут не хватало!

— Ваша светлость, — проговорил архимагистр, и его гулкий голос эхом разнёсся по галерее. —

Когда вы уже пощадите старика, я не в том возрасте, чтобы за вами бегать.

Валери, ваша подпись тоже требуется, извольте вот тут.

Мне протянули документ, но его перехватил Роберт и помотал головой.

— Нет, измените формулировку. “Соглашаюсь, что брак с герцогом Робертом Адальхартом подтверждён и нерушим” нужно убрать, а вместо этого написать: ""Не имею возражений, что герцог Роберт Адальхарт наследует моему отцу королю Эмеральду Нортону"".

— Странная формулировка, — прищурился архимагистр Гилмор.

— Да, звучит так, как будто лорд Адальхарт брак всё же не подтвердил и желает последующего развода с принцессой, —хмыкнул Эскорт. — Неужели слухи правдивы?!

Дракон и маг схлестнулись взглядами. Я почувствовала, как мышцы Роберта напряглись, готовые к бою.

— Дайте сюда документь! — Я вышла вперёд и встала между мужчинами.

Проведя над бумагой ладонью, я призвала магию тьмы. Она убрала чернила и заменила надпись на ту, которую потребовал Роберт."

"Архимагистр внимательно следил за моими движениями и за тем, как я оставляю на документе свою подпись магией.

— НУ, что? У вас ещё есть какие-то сомнения по-поводу нашего брака? — хмыкнула я, возвращая магистру Гилмору подписанные с помощью драконьей тьмы документы.

— Вы великолепно владеете магией супруга, Ваше Высочество, — кивнул Гилмор.

Эскорт приподнял верхнюю губу от гнева и оголил зубы, словно хищник. Глаза его переливались огнём, а лицо исказилось гневом.

— Тогда осталась исповедь, ваша светлость, — процедил Эскорт, хитро прищурившись.

Мне сделалось очень страшно за себя и за Роберта. Затряслись колени, и по коже побежали мурашки.