ПЛЕЯДА

Сейчас у него не было с собой никаких инструментов, с помощью которых можно было бы эффективно корректировать огонь, но капитан надеялся на свой опыт.

- Готово, - доложил Колун минут через пять.

- Одной миной огонь, - скомандовал Репер и когда Колун в рацию крикнул «Выстрел!», включил секундомер.

Там, на месте боя, сейчас время от времени происходили небольшие всполохи огня, и на их фоне нужно было выделить «свои». Мина будет лететь тридцать семь секунд, и по истечении этого времени следует ждать «своего» разрыва.

Как только секундомер отсчитал полминуты, Репер обнулил его в готовности начать новый отсчёт.

Спустя ещё несколько секунд он увидел вспышку, и снова запустил секундомер. Когда до его ушей долетел раскат взрыва, остановил секундомер и посмотрел на экран – тот показывал почти пять секунд, что дало Реперу примерно исчисленную дальность.

Не имея точных данных местонахождения цели, первой миной он просто убедился, что она легла «примерно где-то там», а не на свои позиции, что уже было не плохо само по себе.

- Колун, вызывай Брабуса, передай ему мой приказ – пускай идёт к нише, где у нас лежит неприкосновенный запас, берёт оттуда осколочно-фугасные мины и тащит к тебе. Нечего спать, когда тут война! Пусть встаёт и работает! Так, теперь ты. Работаешь на этом прицеле, шесть мин, огонь. Каждый выстрел докладываешь!

- Принял, - ответил Колун и спустя несколько секунд добавил: - Выстрел!

***

Ганс открыл глаза, в ушах звенело – очередная контузия чуть не лишила его жизни. Голова словно раскалывалась.

Первое, что он увидел – мерцание экрана тепловизионного прицела, установленного на его автомате, который валялся рядом с ним.

Ганс протянул руку и ухватился за автомат. Сделав несколько глубоких вздохов, он приподнялся на колени. Вокруг оглушительно разрывались снаряды автоматических пушек «Мардеров», продолжавших обрабатывать посадку, уничтожая в ней всё живое, готовя лесополосу к атаке своей пехоты.

Приподнявшись, он прислонил автомат к обрубку дерева и глянул в прицел – пехота противника шла по мосту.

Немцы шли в полный рост, и никто их остановить не мог. Ганс наложил перекрестье прицела на середину наблюдаемой группы, человек пять-шесть, и дал длинную очередь. Не пытаясь выяснить результат, он тут же свалился на землю, откатился в сторону и на четвереньках пополз к ходу сообщения. Удалившись метров на десять, он снова привстал, и так же прислонив автомат к стволу дерева, снова посмотрел на мост – там уже никого не было.